Белый крейсер

Но никто из заговорщиков не сумел подчинить себе ни единого имперского крейсера – их прежние капитаны тоже погибли во дворце. А без этого оказалось невозможным удержать страну в руках – она развалилась за каких-то десять лет. В Безвременье такое творилось…

Он нервно поежился.

– Лучше бы пролетарскую революцию устроили и социализм построили! – безапеляционно заявил Фельдман, сверкнув стеклышками очков.

– И это было… – криво усмехнулся Виктор. – Только не выжили социалистические страны, пятьдесят-шестьдесят лет продержались, а затем…

Он с досадой махнул рукой и добавил:

– Затем такая вакханалия началась, что на двух планетах половина населения от голода и эпидемий вымерла! Войны постоянные! Этот период не зря назвали Безвременьем.

– А нам-то що зараз робыты? – хмуро спросил Мыкола.

– Откуда же мне знать? – пожал плечами странник. – Нам еще повезло, что крейсер принял товарища капитана и теперь подчиняется ему. На нем лет триста без особых проблем прожить можно. И не семерым – полный экипаж составляет три с половиной сотни человек.

– Ясно, – Алексей выглядел задумчивым. – Но беда в том, что я ничего здесь не знаю. Даже языка.

– Вы можете приказать искину перейти на русский, – сообщил Вирт. – Ему нетрудно считать язык прямо из вашего мозга. И, кстати…

– Что?

– Хочу попросить, чтобы вы объявили нас членами экипажа, не то нам здесь ни еды не получить, ни жилья.

– Не спеши! – поднял ладонь Алексей. – Давай для начала с языком разберемся.

– Искуственный интеллект, – объяснил Вирт. – Машина, способная производить очень сложные математические расчеты максимально быстро. Межзвездная навигация без помощи искинов невозможна – человеческий мозг просто не в состоянии справиться с ней. А что сказать? Повторяйте за мной.

Он вздохнул, поежился и произнес:

– Пересменате громадиве мове на мияше.

Алексей повторил.

– Яко наказашете, мияшо капитанове, – тут же отозвался искин.

– Ты дывы, усе зрозумиты можно, що вин каже… – удивился Мыкола. – Дийсно, мовы дуже схожи. Неначе росийська та украйинська.

– А как меня это в России изумляло… – вспомнил Вирт. – Единственно, до чего додумался – в бущущем русские организуют колонию на Россе, а потом что-то случится и о ней забудут. Колонисты за много поколений потеряют свои корни и и со временем станут россами, частично сохранив язык и обычаи.