Закрытый показ

– Отгонишь в сервис. Скажешь, мясо для шашлыка потекло, – сказал он и добавил: – После этих колес всегда чихать хочется, хе-хе. Единственная побочка. Кстати, она сказала о каких-то лекарствах для Оленьки.

– Оленьки? – Карпыч наморщил лоб, словно пытаясь сдвинуть с места мозговые шарниры, которые уже порядком закисли от застоя. – Кто это?

Фил прыснул от смеха.

– Твоя сестра, придурок, – с серьезным видом ответил он.

Карпыч захихикал, принимая шутку.

– Весело, да. Но у меня нет сестры. Я хотел брата, Фил.

– Смотри, не зарази меня триппером, – кривляясь, сказал Фил, демонстративно отстраняясь в сторону, и эти действия вызвали новый взрыв визгливого смеха.

– Грустно, что Кролик нас подставил с вечеринкой, – сказал Карпыч.

– Да. На него нельзя положиться.

– Че делать-то будем? У меня зависнем? – Он забрал у Фила бутылку с остатками рома и одним махом допил их.

– Ну, так как?

Фил покачал головой.

– Эврика, – заявил он, и в глазах его заплясали безумные огоньки. – У меня идея! Ну-ка, остановись.

– Зачем? – удивился Карпыч.

– Затем, что надо.

Тормоза надсадно завизжали, и автомобиль встал как вкопанный.

– Подними крышку багажника, – приказал Фил, и Карпыч щелкнул кнопкой.

Оставив двери открытыми, они вышли наружу. И тут же услышали протяжный стон, доносящийся из недр машины.

– Ой, погибаю, – всхлипывала старуха, когда над ней склонились два лица.

Она зашевелилась, вытягивая сломанную руку. Растопыренные пальцы, измазанные кровью, смахивали на когти старой птицы. Раненая тяжело дышала, с хрипом и клекотом, словно прохудившийся агрегат, который работал на пределе своих возможностей.

– Вы где живете, бабушка? – с наигранным сочувствием спросил Фил.

– Помогите, сынки… – будто не слыша вопроса, снова заскулила пожилая женщина.

– Где живете? Вы здешняя?

Старческие глаза, поблескивая в сумерках, испуганно моргали.

– Село Воропаево… – наконец разлепила она губы. – Улица Трудовая… Крайний дом, у колонки… Сынок, не дай помереть… Оленька там одна… Внученька…

– Она мне всю тачку уделала, – сказал Карпыч, с брезгливостью глядя на кляксы и разводы крови, которой была запятнана вся внутренняя поверхность крышки багажника. – Еще и обоссалась. Тьфу!

– Вас только двое? – громко и членораздельно спросил Фил у раненой.