Приют

– Я тебя не держу, – мягко сказал он, стараясь сидеть неподвижно, однако это ему стоило огромных усилий. – Ты можешь уйти прямо сейчас.

Валя хихикнула:

– Тупицы, вы считаете, что я сейчас спокойно выйду из машины, помашу вам платочком на прощание, пущу при этом слезу и прошепчу: «Боже, какие классные парни, неужели нам никогда не суждено больше увидеться?!», а потом поплетусь на трассу через эти колдобины? Мальчик, ты еще глупей, чем твой брат торчок.

Митрич заскрипел зубами, и Ярик еле удержался, чтобы снова не захохотать.

Бедный Митрич! За этот день ему нахамили в десять раз больше, чем за всю жизнь.

– Что тебе нужно? Какого черта?! Ты села к моему брату, он был за то, чтобы взять тебя с собой. Разбирайся с ним! – Ярик устало прикрыл глаза.

– Заткнись. Разворачивайся. И пусть твой брательник уберет «ствол».

Рута хранила молчание, безмолвно наблюдая за происходящим в зеркало заднего вида.

– Митрич, будь так добр, убери «пушку», – сказал Ярик.

Он с удивлением для себя обнаружил, что ему совершенно не страшно, несмотря на то что он чувствовал, как холодное острие спицы зловеще щекочет ухо. Одно неверное движение – и она проткнет нежную перепонку, с хлопающим звуком войдя в его смертельно уставший мозг.

Митрич не обратил на него никакого внимания:

– Не будь дурой, сядь на место. – Рука его ходила ходуном, словно мушка на конце ствола была неким насекомым, и Митрич раздраженно пытался его сбросить. – Ярик, не слушай ее.

Поехали отсюда, она не посмеет ничего тебе сделать, иначе я просто убью ее.

Рута саркастически улыбнулась:

– Вот именно, «иначе». Иначе ему будет фиолетово, убьешь ты ее или нет. Может, поменяешься с ним местами?

– Даже если ты выстрелишь, я успею его продырявить, – сказала Валя.

– Господи, я бы с превеликим удовольствием выпустил тебя отсюда, – сказал Ярик. Волны боли то отступали, то снова накатывались, словно прибой. – Я с самого начала был против этой дурацкой идеи – подбирать тебя на дороге…

– Хватит трепа.

Разворачивай тарантас и поезжай обратно к шоссе, – не дала ему договорить Валя.

– Разворачивать? Ты в своем уме? – изумился Ярик. – Да здесь развернуться негде, как ты себе это представляешь? Машина застрянет!

И хотя Ярик был лишен возможности видеть девушку, от которой в настоящий момент зависела его жизнь, он почувствовал, как ее лицо исказилось в злобной гримасе.