Пуповина

Владимир напевал, но все его мысли каруселью носились вокруг одной-единственной фразы, которую он обдумывал еще сегодня ночью.

Она сошла с ума и зарезала дочь.

ОНА СОШЛА С УМА И ЗАРЕЗАЛА ДОЧЬ.

Ира, его жена.

Она ведь стала немного другой.

«Конечно, другой, парень» – с готовностью подхватил скребущий голос-вилка.

А вся эта история пятилетней давности… Эти странные совпадения, и конец…

«Мне скоро десять лет, папа»

Да-да. Если бы тогда он спас Ксюшу, она была бы уже почти взрослой девочкой, с потрясающей улыбкой и формирующейся грудью, от вида которой мальчишки уже спустя лет шесть будут с восхищением оборачиваться ей вслед.

«Все повторяется. Жизнь, она ведь как спираль» – снова заскрипел голос.

Он тщательно побрился, надушился одеколоном. Выйдя из ванной, Владимир нахмурился.

Следы. Снова эти следы.

Он закрыл глаза и простоял так несколько секунд.

Потом открыл.

Следы не исчезли. Словно нечто вылезло из своей поросшей травой могилы, пробралось сюда ночью и шлепало по квартире, пока он спал, вусмерть надравшись.

– Ксюша?

Кузнецов прошел в детскую комнату. Кровать Насти была вся в грязных потеках, будто белье использовали в качестве половых тряпок.

– Ты ночевала тут? У меня дома? – вкрадчиво спросил он. Прошествовал на кухню. Стул тоже был грязным, на Настиной кружке – отпечаток губ.

– Кто ел из моей тарелки? – пробормотал Владимир, поднося кружку ближе. Понюхал, поморщился. Пахло дохлыми мышами и плесенью. – Кто сидел на моем стуле? Кто спит в моей кроватке? Ау, Ксю-уш!

Его глаза заблестели нездоровым блеском.

– Мы скоро увидимся, дорогуша, – усмехнулся он, бросая кружку в раковину. Послышался звон стекла.

Он надел свой любимый белый костюм, критически оглядел себя в зеркало, после чего стал набирать номер супруги.

– Увидимся, – уже тише добавил он. – Обязательно увидимся…

Когда в трубке раздался голос Ирины, лицо Кузнецова преобразилось, и он радостно воскликнул:

– Привет, солнышко мое! Поздравляю с днем рождения дочки!.

…Ирина поставила перед дочкой миску с залитыми молоком хлопьями.

Девочка надула губы:

– Хочу вареную колбаску.

– Когда в обед сядем за праздничный стол, тогда и будет тебе колбаска, – сказала женщина. – И много чего другого вкусного.

Девочка вопросительно посмотрела на бабушку, молчаливо испрашивая у нее поддержку, но Валентина Ивановна лишь улыбнулась:

– Неужели нельзя пару часов потерпеть?

– Нет, – сообщила безапелляционно Настя.