Красная королева

В сериалах работу экспертов изображают настолько фантастической, что полицейские иногда и сами попадают в эту ловушку и, как и зрители, начинают верить во всякие чудеса.

Ментор вновь принимается давить уже потухшую сигарету об стол и отодвигает от себя пачку.

– Я бросил несколько месяцев назад. Время от времени напоминаю себе почему.

– Лучше чуть-чуть пострадать, чтобы избавить себя от больших страданий.

– Именно так. Почему вы стали полицейским, инспектор Гутьеррес?

Джон корчит недовольную гримасу.

– Вообще-то я пришел сюда не говорить, а слушать.

– Сделайте одолжение, инспектор.

Пауза. Джон не знает, какую версию ответа выбрать. Официальную, версию для друзей, версию для себя самого или правдивую. И то ли из-за усталости, то ли из-за эмоций, но в конце концов он останавливается на последней.

– Чтобы меня не трогали, – признается он.

Теперь уже Ментор делает удивленное лицо от такой честности.

– Ладно вам…

– Знаю, знаю. Типа, как же так, вы, такой большой и сильный, и прочая хрень.

Не доставайте меня своим гребаным психоанализом. Отец нас бросил, я живу с матерью, трахаюсь с мужиками. Знаю я все эти штучки и банальные объяснения. Но дело в том, что… я просто боюсь. Я всегда боялся.

– Боялись чего?

– Да всего. Когда был подростком, боялся, что на меня нападут. Что буду возвращаться из школы, а меня пырнут ножом. Боялся несчастных случаев, заразиться СПИДом и еще фиг знает чего. Работа в полиции мне помогает. Когда ты во всем этом варишься, когда видишь несчастья других, у тебя как будто появляется волшебный щит.

Как будто к тебе это все не относится.

– Решили чуть-чуть пострадать, чтобы избавить себя от больших страданий, – говорит Ментор.

– Именно так.

– Но сегодня ваш щит вам не помог?

Джон не отвечает. Зачем произносить вслух и так очевидные вещи.

Оба ненадолго замолкают, собираясь с мыслями. Ментор чуть привстает со стула, пытаясь дотянуться кончиками пальцев до пачки сигарет, которую сам же до этого с усердием от себя отодвигал.

Пламя зажигалки на пару секунд выхватывает его лицо из ночной темноты. На этот раз он уже не делает поспешных затяжек, а выдыхает клубы дыма медленно и с удовольствием.

– Идея возникла пять лет назад, в Брюсселе. В институте Фишера. Знаете такой?

– Не имею чести.

– Это мозговой центр Евросоюза.

– Что такое мозговой центр, я в курсе. Сборище богатых университетских придурков, которые считают, что лучше всех знают, что нужно миру.