Восход некроманта

Политические глупости. Почему К’юст не может уже дать корабли? Они как-никак наши вассалы, что им мешает? Нам нужно самим напасть, вот что я скажу! Да, немного запад потерроризируют, но когда поймут, что дома все плохо, то уплывут как миленькие.

– Но ведь западные земли разорятся, пока до них дойдет. Им нужна защита, – вступил в спор юноша.

– У всего есть цена. Пусть лучше потом больше золота наш император потратит на восстановление своих земель, чем сейчас разорится на защиту. Или ему хочется свой трон расплавить?

– А если не дойдет? Или если они на своей земле смогут защититься, и мы и там прогорим? Мы же можем совсем проиграть!

– А если, а если… Драконы в свое время о таком не думали, уничтожая собственную страну из тщеславия.

– Возможно. Что ж, я пойду.

– Я тоже! – воскликнула девушка.

Теронин проводил молодых грозой во взгляде, но промолчал. Они же пошли вновь в беседку. Первое время молчали.

– Он же не просто так о войне заговорил, – прервала тишину Дарона.

– Да, он намекает, что мне пора уходить. Всеми силами.

– Почему он не может просто оставить нас в покое на эти пару дней?

– Понятия не имею. Он, видимо, очень ответственный. И верен империи.

– Да вот нет. Как я знаю от папы, по молодости дедушка действовал против закона, и бросил это только от скуки, но власти к нему никого не направляли.

– Против закона? По нему не скажешь. Что злой старый дед мог утворить?

– Не представляю, он никогда это открыто не рассказывал.

– Нет. Мне… я отвык от той жизни, пусть и меньше чем за неделю. Да и я не знаю, в каком качестве вернуться. Пошел я туда алхимиком, а теперь я недомаг. И хочется влиться в это с головой, магия все же могущественнее во много раз. И ты не привязан к реагентам и подобному.

– Могущественнее… – девушка стала отстраненно смотреть вдаль, после чего продолжила: – А мы… Нет, глупости. Может, займешься сейчас магией? Это поможет тебе… там.

– Думаю, можно.

Они вернулись в лес и заняли те же места, что и прежде. Аврелиан погрузился в себя, пытаясь вспомнить то состояние. Он смотрел на себя внутренним взглядом, стараясь увидеть ту структуру, которой он был, но лишь думал о Дароне, о скором расставании с ней. Душу юноши заполонили тени, не сулившие ничего хорошего. Чем глубже он смотрел, тем гуще становились они. Он понял, что у тьмы очень много оттенков.