Невидимый мир. Миф. Книга четвёртая

 – Туннели.

– Познание окружающего мира зависит от моей работы. Дорога к Богу в туннелях.

– Кто тебе сказал? Опасайся, Икс! Считать туннели средством достижения духовного неба в крайней степени демонично. Ты забыл, что путь находится внутри тебя. Ему не нужны карты и твои любимые норы. Намерению вообще ничего не нужно. Но тебе, похоже, это уже не интересно. Сиддхи – вот что завладело твоим разумом. Ты преуспел, возможно, ты лучший оператор намерения во Вселенной, но посмотри, куда направлена вся мощь. На демонические норы!

– Когда-нибудь я закончу начатое.

– Ты про духовную практику?

– Про туннели.

– Вот об этом я и говорю, изменились приоритеты.

– Карта Вселенной – важная составляющая безопасности нашей цивилизации.

– Делай, что считаешь нужным, – недовольно поморщился Нарада. – Прилетай хоть иногда к нам. Не забывай о храме и друзьях.

Воспоминание ускользнуло. Икс широко раскрыл глаза и проморгался. Он был готов выйти в реальность Арафэла.

Через мгновение картограф оказался за гранью.

– Ты дома? – спросил он с порога. Джейн не отозвалась.

– Самуэль, позвони Шансу.

– Выполняю.

Глоцинад был единственной личностью, по которой он не скучал. Много раз за хроноритм между ними поддерживалась связь.

В туннелях Икс наловчился перемещаться между порталами со скоростью мысли. Понял транспортную систему, раскрыл формулу расстановки нор, ведущих на поверхность реальности. Советник путешествовал между порталами так быстро, как только хотел.

– Добро пожаловать домой, – раздался голос Шанса с экрана, который материализовался на комфортном для общения расстоянии. – Режим конфиденциальности.

– Режим конфиденциальности, – повторил Икс, и два друга исчезли из видимости цифрового надсмотрщика.

– Нашёл выход? – сразу спросил интеллект, приняв заинтересованную позу в кресле. Справа от него виднелся горящий камин. Голографический старик находился у себя, в каменном доме у реки.

Разговоры всегда начинались именно так. В голосе Шанса звучали разочарование и недоверие. Слишком много времени прошло. Планета Бога не стала ближе.

– Где Джейн?

– Что ж, ясно. – На том конце голографического провода цифровой ум получил инъекцию уныния.