Невидимый мир. Миф. Книга четвёртая

 – На моей памяти всего два аскета предприняли попытку переплыть Гангу над амунианским разломом. Первый не вышел на берег, второй идёт.

– Он справился, – шёпотом сказал Нарада.

Яма поморщился от сильного порыва ветра.

– С той стороны в воду вошёл человек. Тот, кто сейчас выходит на берег, никакого отношения к людям не имеет. И дело не в том, что идёт труп, нет, сейчас я говорю о душе, которой не место в материальной иллюзии. Как и тебе, о величайший слуга Бога.

– Я выполняю важное поручение.

– Как может быть иначе, – внимательно посмотрел на старика Яма.

 – Сердцем понимаю – твоя миссия подразумевает страдания. – Небо разразилось громом и молнией. – Мы давно знакомы, странник! Не сомневаюсь в праведности твоих деяний и всегда смиренно выполняю просьбы. Однако чувствую, на этот раз всё не так однозначно. Вот гляжу на тебя и думаю: не созерцаю ли я проекцию?

– Ты очень проницателен, Царь. – Яма задумчиво свёл брови и прищурился. После небольшой паузы монах добавил: – Я эманировал с позволения Бога.

Новый порыв ветра хлестнул дождём по лицам собеседников.

– Прости моё невежество, – склонил голову Бог смерти.

– Это ты прости меня за смущение. Великий Царь, не могу оставить твои вопросы без ответов.

– В таком случае кто он?! – резко указал пальцем в воды Ганги Яма.

Нарада поклонился, затем коснулся лба ладонью правой руки и махнул ею в сторону собеседника.

Повелитель смерти пошатнулся от удивления. Черты лица разгладились. После некоторого замешательства он кашлянул в кулак и благостным мягким голосом спросил:

– Ты зовёшь его своим учителем?

– А разве не так? – улыбнулся Нарада.

– Верно. Для нас и всех живых существ во всех Вселенных он – учитель! О, как же непостижим промысел Господа!

– Не горячись, великий Царь. Личность, сокрытая под водой нестабильна. В ней нет мира и единства. Я веду её к освобождению.

–Нарада! Только величайший преданный, как ты, добродетель Вайкунтхи и чистейший среди всех детей Бога, может справиться с такой сложной задачей.

– Благодарю, признаюсь, дело тяжёлое и очень опасное.

– Скажи, – свёл брови Яма, – вечность тому назад ни эту ли душу я сопровождал к океану наслаждений?

– Переведи дух, Царь. – Старик прищурился в небо, а затем вновь обратил взор на собеседника. – Знание почти раскрылось для тебя. Пару глубоких вдохов, и картина полностью прояснится.

Яма повиновался и медленно вздохнул полной грудью.

–Да-а. Вижу, странник. Я часть великого процесса.