Обо всем и ни о чем (сборник)

Усталый и разбитый, Боруджали поплелся домой. На следующее утро задолго до начала рабочего дня он уже сидел у дверей кабинета председателя муниципального управления второго района.

Через час ему объявили результаты обследования отдела таксации недвижимого имущества второго района. Выяснилось, что, поскольку восточная стена лавки мясника Машади Аббаса проходит по границе второго и третьего районов, разбирать его жалобу должно муниципальное управление третьего района.

В десять часов утра Боруджали получил предписание отправиться по месту прохождения жалобы вкупе с заявлением, опечатанным узелком и двумя отношениями.

– Куда ты ведешь меня, браток? – хлопнув верзилу по плечу, поинтересовался Боруджали.

– В третий район.

– Почему это в третий?

– А потому, что жалобу твою должны разбирать в управлении третьего района.

– Прошу тебя, дорогой, отпусти меня! – осознав наконец, в чем дело и куда его ведут, взмолился Боруджали.

– Xa!.. – хмыкнул должностной исполнитель. – Отказываешься от претензий… Ну и что? Все равно муниципалитет не может пройти мимо таких безобразий! Если попустительствовать этим негодяям, они с несчастного народа три шкуры сдерут! Эта вот ваша беспринципность все и портит!

– Ну хоть на первый раз прости меня! Сглупил я, не представлял себе всех последствий! Клянусь твоей жизнью, некогда мне, дела запустил, – продолжал упрашивать Боруджали.

– Нет, и не проси! Шагай быстрей, а не то опоздаем! С государственными делами шутки плохи!

Боруджали замолк и до самых дверей муниципального управления не раскрыл рта.

Должностной исполнитель действовал точно по инструкции: передал Боруджали опечатанный платок с мясом, документы и сопроводительное письмо в канцелярию третьего отделения, получил расписку и ушел. Поскольку рабочий день был уже на исходе, Боруджали предложили за ответом прийти завтра.

На следующий день с самого утра Боруджали явился в управление и через час в сопровождении двух исполнителей, отдела таксации недвижимого имущества третьего района был отправлен к лавке мясника Машади Аббаса, чтобы на месте уточнить ее местоположение. А поскольку истцом выступал он, то в соответствии с параграфами внутреннего устава дорогу туда и обратно на такси надлежало оплачивать ему.