Кроатоан

Нико невозмутимо отходит от машины и направляется к следующей в ряду, белой «тойоте». Теперь он что-то держит в руке – кажется, это ременная пряжка. Вой сигнализации сливается с воем других машин, теперь этот вопль ужаса несется по всему городу.

Дверца «тойоты» открывается мгновенно. Нико садится и подзывает девушку. Когда промокшая Кармела забирается в салон, Нико сидит скрючившись, в пальцах у него два провода, торчащие из-под приборного щитка. Сверкают искры, мотор заводится.

– До того как стать художником, я был полицейским, а еще раньше – преступником, – поясняет Нико, сдавая назад и маневрируя.

По улице проезжает еще один фургон, в противоположном направлении пробегает наряд СГО в шлемах и со щитами. – Печально, что тебя так напугали в участке. Уже понятно, шутить они не намерены…

– Не волнуйся, – отвечает она. – Спасибо, что помог. Куда мы едем?

– Ты же не поверила их бредням, будто это Логан и Стая убили семью в горах? Логан способен на многое, и они наверняка его ищут… но я уверен, что тут он ни при чем.

Вот совсем ни при чем.

Кармела задумчиво кивает. Ей никак не удается выбросить из головы эти четыре фигуры: двое взрослых и две девочки маршируют размеренным шагом, как куклы на ниточках. Но теперь Кармела соединяет с этой картиной и другое воспоминание: стая голубей, испражнившихся над крышей ее дома. Неужели все это может быть как-то связано? Что вообще происходит?

– Я не поверила и четверти из того, что он нам наговорил, – отвечает Кармела.

– Я тоже. Это не было простое убийство. А здесь – не просто уличные беспорядки. Что-то меняется. Напрочь меняется. И думаю, Мандель знал, в чем тут дело.

– Но у нас нет его флешки. Ты успел скопировать?

Нико не подчиняется знаку «Уступите дорогу», машина летит к следующему перекрестку.

– Я пробовал, но копирование оказалось невозможно. Мандель был очень предусмотрительный дядька. Ай, чтоб тебя!.. – Нико резко бьет по тормозам. Полицейский кордон перекрыл улицу впереди, хотя машин и так мало.

Нико крутит руль и уходит в узкий проулок. – Если это правда насчет комендантского часа, нужно как можно скорее выбираться из Мадрида…

– Почему? Куда мы едем?

– Кармела, я уверен, что есть и другая копия. Все, что я рассказал Ларедо, – это правда: письмо, камеры… Но это не вся правда. Мандель писал, что готовит сообщение еще и для Фатимы Кройер, той девочки, которая была с ним несколько лет назад.