Кроатоан

Это лицо самого неопределенного пола, какое только видела в своей жизни Кармела, считая и нескольких рок-идолов: светлые крашеные волосы, пирсинг, женский макияж. Строение черепа заставляет предположить, что это все-таки мужчина, но уверенности у Кармелы нет. Красавец или красавица, но в улыбке этих чувственных губ есть что-то недоброе. Лицо показано в профиль и анфас, с номером внизу, как на снимках из полицейского архива.

Нико разом меняется в лице. Он всем телом подается к экрану.

– Вы знаете эту особу? – спрашивает Ларедо.

– Да. – Нико с шумом вдыхает воздух. – Это Логан. По крайней мере, так его называют.

– Так, значит, вы с ним знакомы… – Теперь удивлен и Ларедо – или он хорошо разыгрывает удивление.

– К моему прискорбию, да. Это нежелательное знакомство. На фотографии он уже взрослый, но Мандель был связан с ним и с его бандой лет восемь назад. Они называли себя Стаей, носили маски животных, устраивали ритуалы, вели себя как психи… они были преступники.

– Логан на свободе, – сообщает Ларедо. – Уже год. Мы знаем, что он снова собрал Стаю, есть доказательства, что они похитили семейную пару в Лас-Росас – и, возможно, убили этих четверых из сьерры… Вы и представить не можете, что творят эти чудовища. Мы ищем Логана на земле, на небе и под водой.

– Понятно, – говорит Нико. – Желаю удачи.

– Мандель в своем письме не упоминал о Логане?

– Нет.

Кармела замечает, как переменился Нико.

– Вам ведь понятно, Нико, – продолжает Ларедо, – что, когда мы обнаружили камеры с вашими отпечатками, нам стало уже не до шуток.

– Подождите-ка. – Нико до сих пор не может прийти в себя. – Вы имеете в виду, что видите связь между посмертными экспериментами профессора зоологии и убийствами, которые совершила банда преступников?

– Я, скажем так, могу провести линию, которая пройдет от Манделя к Фатиме Кройер, дальше через Логана и закончится на вас – понятно? – Ларедо прочертил эту воображаемую линию пальцем в воздухе.

Кармела чувствует, что Ларедо с ними не до конца откровенен: вот он закинул замысловатый крючок и проверяет поклевки. Девушка переглядывается с Нико: художник тоже почувствовал эту игру.

– Вы бредите, – говорит Нико.

– Ах вот как… – Ларедо невозмутимо оборачивается к девушке.