Льдинка

Мне легче будет свыкнуться с мыслью, что это на самом деле. А чокнешься как раз ты – твой мозг будет не готов к такому стрессу.

Антон насупился и ничего не ответил.

Вскоре дом уже достаточно хорошо прогрелся, и молодежь сняла куртки. Окна тоже оттаивали, и на подоконниках постепенно образовались лужицы, в которых отражался свет керосинки и горящих свечей.

– Может, поспите немного? – сказал Тима, увидев, что девчонки начали клевать носом, особенно Лана. Та что-то сонно пробормотала, устраиваясь поудобнее.

Яна же продолжала стоически бороться со сном, глуповато таращась по сторонам. Самогон сделал свое дело, девушка была пьяна. Хотя, отметил про себя Тима, в этом есть и положительный момент – она заметно успокоилась и больше не затрагивала щекотливую тему их туманного будущего.

– Давай тоже ложись, – предложил Тима Антону.

– А ты?

– А я пока не хочу. Тем более надо кому-то за печкой смотреть.

Антон вздохнул и тоскливо посмотрел в уже окончательно очистившееся окно.

– Как ты думаешь, они прекратили поиски? – вполголоса спросил он Тиму, так, чтобы не услышала Яна.

Тот лишь пожал плечами:

– В любом случае до рассвета мы здесь. А вот с утра придется попотеть – не факт, что наши тарантасы заведутся, так что, боюсь, все же придется выбираться на своих двоих.

– И жрать больше нечего, – мрачно заметил Антон, вытряхивая мешок из-под сухофруктов. Оттуда посыпалась пыль, на мгновение образовав облачко с кисловатым запахом.

– Ты еще не наелся? – усмехнувшись, спросил Тима.

– Наешься с вами, – пробурчал Антон. К слову, желудок у него тоже отчаянно бурчал, мол, ну как же так, еще вчера ему преподносили жареное мясо, а сегодня он должен довольствоваться какими-то объедками. И вообще, этот перманентный голод уже начинал его беспокоить, раньше такого не было. Может, у него завелся солитер, хе-хе… очень смешная шутка, учитывая, что сейчас он в одиночку умял почти целый мешок сушеных яблок и груш, черт-те сколько провалявшихся и неизвестно откуда собранных… Может, все-таки рискнуть и вскрыть тушенку? Прислушиваясь к унылой музыке внутри живота, он снова вспомнил о подвале.

– Слушай, Тимыч, давай все-таки вниз слетаем, может, чего интересного найдем.

– Ты что, надеешься найти там сало? Или баранью ногу?

– Нет… так, просто, – Антон покраснел, увидев, что Тима без труда угадал истинную причину его желания обследовать погреб.