Номер 19

Она вынула телефон, мельком бросила взгляд на экран (еще целых три минуты до полуночи!), после чего достала из кожаной сумочки наушники и протянула их сестре:

– Я включу тебе музыку, тебе незачем слушать этого сумасшедшего. Нас скоро позовут.

Ксения беспрекословно подчинилась, но взгляд ее все равно был прикован к старику, и Светлана встала между ними, загораживая от него сестру. Она подумала, что этот отхаркивающий кровь маргинал действовал на ее умалишенную сестру похлеще гипноза.

– Не пройдет и полгода, как сюда выстроится очередь.

– Если они дают деньги, то все остальное не имеет значения, – подал голос второй мужчина. На вид ему было немногим за пятьдесят. Его худое лицо покрывала многодневная щетина; обширная лысина, обрамленная клочьями рыжеватых волос, матово блестела в свете желтых ламп. Его потухший взгляд без особого интереса остановился на сестрах, затем безучастно уткнулся в пол.

– Ты это уже не проверишь, – фыркнул старик, и его лысеющий сосед вздрогнул, словно напоровшись на гвоздь. Он открыл было рот, чтобы что-то произнести, но промолчал, обхватив голову ладонями.

Ксения сгорбилась, нервно перебирая замызганный поясок старой куртки. И хотя звуки звучавшей в наушниках мелодии худо-бедно заглушали разговор, кое-какие обрывки фраз она все равно могла расслышать. Только вот что толку?! Она ровным счетом ничего не понимала. Оставалось надеяться, что приключенческий квест, о котором твердила Света, действительно окажется интересным.

Старик снова сплюнул. Казалось, это действие доставляло ему какое-то неизъяснимо-извращенное наслаждение, равно как мазохист хлестал бы себя плетью, деланно стоная при каждом ударе.

– Извините, что веду себя не по-джентльменски, – засмеялся он сквозь приступ натужного кашля. – Зачем вы тут, девочки? Вы так молоды. Неужели все так плохо?

Светлана сделала вид, что не слышала вопроса.

– Вы крепкие и здоровые, как спелые персики, – не унимался старик. – Ваши сиськи должны ласкать мужские губы… а не протыкать раскаленные иглы.

– Закрой пасть, – зашипела Светлана, судорожно сжав кулаки. Ногти впились в ладони с такой силой, что едва не прорвали кожу, оставив на ней красные полумесяцы.