Нечто

– Ты не ответил на мой вопрос, – медленно повторил Рост. Он положил руки на стол, и Квадрат с интересом уставился на его сбитые костяшки, натренированные многолетними отжиманиями на кулаках. Потом водрузил очки на крючковатый нос и сказал скучающим голосом, глядя куда-то в сторону:

– Ты, мой милый друг, и еще один парень через три дня должны взять инкассаторскую тачку. Да-да, такие дела…

Он произнес это так, словно сообщал Росту, что завтра обещали дождь и пусть он не забудет взять с собой зонтик.

«Ну, вот и все прояснилось» – Рост, как ни парадоксально, ощутил даже некоторую легкость. И ведь правду говорят, что неизвестность хуже всего. С другой стороны, у него возникло чувство, что его горло стянули холодным и липким жгутом.

– А подробней можно?

– Подробности завтра, – в голосе Квадрата моментально испарились жизнерадостные нотки, и тон стал жестким. – Сегодня вечером ты идешь домой, занимаешься своим делом, трахаешь бабу или напиваешься (это твое дело), а завтра в семь утра я жду тебя у входа в бар.

– Я должен знать в общих чертах ситуацию, – не сдавался Рост. – Если…

– Заткнись, – холодно оборвал его Квадрат. – Перейдя порог этого заведения, ты сжег за собой все мосты. Денег у тебя нет, достать их неоткуда, так что захлопни хлебало и слушай старших. Никаких, в сраку, «если». Наш контракт уже начал действовать, понял меня?

Рост лихорадочно соображал. Соглашаться или дать в рыло этому сморчку? Все равно он без охраны.

– Привет Лелику. Полагаю, ты понимаешь, что о нашем разговоре никто не должен знать, – Квадрат допил минералку и отставил стакан в сторону. Он поднялся и, как бы между прочим, сказал: – Надеюсь, ты не слиняешь, Рост. Иначе первой пострадает твоя сестра.

Росту пришлось призвать на помощь всю свою выдержку, чтобы снова не сорваться с места, хотя у него руки чесались вбить этой мрази очки в затылок.

Квадрат ушел, оставив Роста одного. Мерно булькали крошечные пузырьки в аквариуме, обогащая его кислородом. В этот момент Рост отчаянно завидовал беспечным красивым рыбкам. Он сидел и смотрел на них, игриво поводящих плавниками, и думал, что, с самой первой секунды после объявления Квадратом сути его работы, он был согласен на нее.