Морок пробуждается

Он ехал умереть, а в результате узнал цену жизни.

Ничего, скоро все закончится. Если враг сильнее тебя и отступать некуда, значит… Значит, надо либо сдаться в плен, либо… Для Сашки это было одним и тем же. Тем более в данном случае.

Он подошел к калитке, допил водку, выбросил пустую бутылку в заросли у ограды и замер: на крыльце стоял обезглавленный мальчик. Голова, зажатая под мышкой, улыбалась. Саша сел на корточки, так, чтобы его лицо было напротив лица мальчика, и оскалился:

– Что, смешно? Да пошли вы все на хер! – И резко вскочив, с силой ударил ногой по отрезанной голове.

– Что вылупились, суки? Недолго осталось!

– Опять нажрался? – Перед ним стояла мать. Призраки исчезли.

– Не лезь, мать! Мне надо уйти. – Сашка развернулся и вошел в дом.

– Огород надо перекопать, сарай покосился, а ты все гуляешь. Вот куда сейчас собрался?

Сашка прошел на кухню. Мать следовала за ним.

– Саша, ты меня слышишь?

Он достал бутылку водки из материного тайника. Это она его считала тайником, а Сашка давно из него потягивал.

– Ах ты паршивец! Чего удумал?! Я для тебя ее покупала? – возмутилась мать.

Саша посмотрел на нее. За спиной матери стояла голая старуха и играла со своим дряхлым телом.

– Оставь меня в покое, старая бл…ь! – заорал он, глядя на мертвую женщину.

Опешившая мать молча открывала рот, словно рыба. Сашка аккуратно обошел ее и направился к выходу, она села на табурет и заплакала навзрыд.

Он вышел на крыльцо. Мертвецы, уже ждавшие его, расступились, образовав коридор, через который Котов прошел в сторону огорода.

Антонина Федоровна часто плакала из-за сына. Особенно в последнее время. Пить он начал по-черному. Когда Саша решил ехать в Чечню, Антонина Федоровна не стала его отговаривать, хотя знала – на смерть ее мальчишка идет. Да и что она могла ему сказать? Разве он ее послушал бы, начни она его уговаривать? Вряд ли.

Ведь она знала людей, которые бросали. К примеру, Анатолий Селиванов. Как он пил! Забрали в армию, оттуда в Афганистан. Что-то с ним там случилось… не то в плен попал, не то убило кого-то на его глазах – Антонина толком и не знала. Но, придя домой, он изменился. В приход местный пошел, сейчас батюшкой служит.

Когда ее Сашка вернулся с войны, он все время молчал.