Морок пробуждается

– Да-да. Сейчас, – передразнила его Юлька, а Федя и Жанна засмеялись.

Вася взял бутылку и разлил всем по рюмкам. Но старуха не выходила у него из головы. Он поднял свою рюмку, залпом осушил ее и посмотрел на дверь. В проеме стоял мужчина. Половина лица у трупа – а то, что это труп, у Василия не было никаких сомнений – отсутствовала. Мертвец подмигнул парню единственным глазом.

«Что ж вы все мне сегодня подмигиваете?» – привстал с дивана Вася, понимая, что призраки пришли за ним.

– Эй, шальной! Чего подскочил? – У Жанны округлились глаза.

– Вот придурки! Скачут как угорелые. Садитесь, выпьем лучше, – сказал Федор и взял со стола бутылку.

Если для Жанны видение закончилось приветом от отчима, то для Василия они, эти видения, набирали новый оборот. К одноглазому присоединился другой, с перерезанным горлом. Из стены вышел мальчишка лет четырнадцати с петлей на шее.

Вася понимал, что его собутыльники не видят «гостей», но все-таки заорал:

– Что, твари?! Моя очередь?

– О-о-о, Сириусу не наливать!

Вася повернул голову в сторону Юли. Мертвецы были везде, но за Юлей стоял самый страшный. Лицо опухшее, а через весь лоб и левую щеку проходил глубокий рубец. Он тоже улыбался.

Призраки подходили к нему со всех сторон. Вася вцепился в столик, приподнял его и со всей силой швырнул в стену.

Хозяйка квартиры и Жанна испуганно смотрели на Василия. Один только Федор выглядел довольным собственной ловкостью и с улыбкой поглядывал на спасенную бутылку.

Вася уже не соображал, что делает. Он начал метаться по комнате, размахивая руками, потом выбежал в коридор, перевернул вешалку, залетел в туалет и там затих.

Сидя на унитазе и глядя на дверь, Вася понимал, чем вся эта беготня закончится. Ведь именно к этому они его и готовили.

Он знал, что это конец.

Сквозь дверь просунулась морда твари с глубоким рубцом поперек лба и щеки. Мертвец пробежался взглядом по Василию, усмехнулся и исчез. Васю трясло, он пытался чуть ли не вжаться в стену. Из комнаты слышались голоса женщин и Федора. Перебивая друг друга, они о чем-то спорили.

На том месте, где минуту назад была голова мертвеца, появилось другое, не менее устрашающее лицо.