Людоед (сборник)

Знаешь хоть, куда целиться, сержант?

– Мозг, сердце, – ответил Виктор.

– Верно. Если представить себе медвежью голову сбоку и провести черту от глаза к уху, то за ней и будет головной мозг. При стрельбе в лоб целься между глаз. Стреляя в угон, целиться нужно между ушей, даже чуть ниже. Чтобы попасть в сердце, стреляй сзади лопатки, в место локтевого сгиба, там у медведя обычно вытерта шерсть от ходьбы…

– Ясно.

– Не перебивай, – одернул его Шибаев. – Про спинной мозг забыл. Или хребет, один черт. Хребет проходит по середине спины медведя, туда и целься.

Попадешь в шею – тоже неплохо. У зверя там основные кровяные сосуды, он быстро слабеет, и даже если уйдет, то недалеко. Попадешь в легкие – медведь тоже уйдет. Он, конечно, сдохнет рано или поздно, но дальность его ухода может быть огромной. Все остальные раны – по лапам, по животу, по жопе – бестолковы. А иногда и опасны. Попадешь в кишки – может лопнуть желчный пузырь, все мясо испоганишь.

Егерь скатал в рулон зловонные мешки из-под привады, перетянув их длинным шнурком.

– Медведь крепок на рану, сержант. Бывало, он уходил с пятью-шестью дырками в теле, некоторые из которых были смертельными. Даже с пробитым сердцем он может пройти до ста пятидесяти шагов. У него жир выполняет функцию тампона, рану как бы затыкает, поэтому смерть не так быстро приходит. И преследовать такого подранка опасно. Сколько было случаев, когда ночью охотник, не дождавшись подмоги, уходил следом за подранком, а тот, запутав следы, нападал на нетерпеливого дурака.

В итоге подыхали оба. Медведь – один из немногих, кто, будучи подранком, становится партизаном. Запомни это.

Виктор снова посмотрел на лабаз. На одной из перекладин сидел громадный ворон. Сложив крылья, он пялился на мужчин, слегка склонив голову. Шибаев проследил за его взглядом, на острых скулах заиграли желваки.

– Мы будем вместе, – сказал он. – Вот только стрелять будешь ты один. Это тебе нужен медведь. Не мне. Чуешь разницу? Я просто организовываю вам встречу.

Так-то.

Смолин не сразу ответил, обдумывая слова егеря.

– Наверное, это будет справедливо, – наконец произнес он.

– Ну да, – бесстрастно откликнулся Олег. – Я возьмусь за ружье только в том случае, если медведь полезет конкретно на меня. Не забывай, что это за место, сержант. Я просто так тут комара не прихлопну. Да, еще. Подмойся перед выходом. Я не шучу. Только мыло тщательно смой, с подмышек особенно. Даже я чую, что ты попахивать начал.