Демы

 – При наличии демутации эмбрион на одной из стадий выбирает развивать не человеческие качества, а свойства животных иных видов. То есть эволюционирует в обратную сторону. Органы, на которые не распространяются демутантские признаки, развиваются обыкновенным порядком…

– Да-да, мы все это знаем, – перебил его высший, в котором Влад узнал телеведущего. – Вы собрались нам пересказать весь курс биологии за девятый класс?

Его длинный заостренный подбородок напоминал клюв цапли.

– Действительно, давайте ближе к делу, – поддержал Брылев.

На блеклом лице Мышкина проступили розовые пятна. Влад мысленно ему посочувствовал.

– Что ж, кхм-кхм, – опять откашлялся Мышкин, до белых костяшек сжимая папку, в которую даже не заглядывал. – Мне необходимо начать издалека, чтобы вы могли понять общую картину… Так вот. Если представить эволюцию в виде лестницы, на верхней ступени которой находится человек, тогда демутант ординариус (то есть обыкновенный, имеющий лишь некоторые демопризнаки) стоит на ступеньку ниже него.

Телеведущий недовольно скривил губы и спросил:

– То есть вы считаете, что высшие менее совершенны, чем обыкновенные демы?

– Не я, эволюция, – поправил Мышкин, наставительно подняв вверх дрожащий указательный палец, и продолжил, тараторя еще быстрее. – Теперь же появились демутанты, которые за короткий срок полностью потеряли человеческий облик, откатываясь по эволюционной лестнице еще дальше, чем демутант супериор.

Возникло напряженное молчание. Стало слышно, как потрескивают угли в камине. Огонь успел погаснуть, но в зале было достаточно светло – никто и не заметил, как наступило утро, и небо за окном из черного выцвело в серый.

– Но вы ведь работаете над лечением? – спросил Брылев упавшим голосом.

Мышкин повернулся к нему.

– У нас есть несколько экспериментальных препаратов. Но пока они не прошли достаточных клинических исследований, чтобы их можно было опробовать на демутантах.

– И как заболевшие себя чувствуют? – колокольчиком прозвенел голос Лебедевой Лады.

Белесые глаза Мышкина остановились на ее лице.

– Они ведут себя, как совершенные звери, – ответил он, чуть порозовев круглыми ушами.