Демы

Анна Анубисовна повесила сумку с замком-скарабеем на спинку кресла и присела на краешек бархатного сиденья – Влад совсем не удивился, что она оказалась одной из высших – и совет начался. Слово взял Лихов.

– Полагаю, теперь я могу объяснить, почему мне пришлось так срочно созвать совет, – он окинул собравшихся своим знаменитым взглядом исподлобья, наводившим на мысли о быках на корриде. – Этой ночью один из наших собратьев совершил полную демутацию.

Высшие с недоумением переглянулись.

– Я, конечно, понимаю, появление нового участника совета – событие важное, – сказал лысоватый мужчина в военной форме с по-бульдожьи обвислыми щеками.

 – Но оно могло подождать до утра.

Его Влад не знал, но, судя по количеству звездочек на погонах, он был важной шишкой.

Несколько участников совета согласно закивали. Седой высший в очках и шерстяном кардигане, похожий на профессора университета, пробормотал себе под нос:

– В самом деле. У меня самолет через два часа.

Лихов поднялся с кресла и заговорил, повысив голос:

– Подождать, товарищ Брылев, это не могло.

Не люблю сообщать плохие новости, но… – он сделал паузу, дождавшись, когда все замолчат. – Демутант не смог вернуть себе человеческую форму. Он, точнее она, так и осталась животным.

Лада Лебедева прижала к губам длиннопалую ладонь, Брылев открыл и закрыл рот, не найдя подходящих слов. Даже самый маленький из высших на мгновение отвлекся от игры. Только Анна Анубисовна сохранила невозмутимый вид – она по-прежнему сидела на краешке кресла, неподвижная, как статуэтка.

– И лишь чудом удалось избежать жертв среди людей, которые присутствовали при демутации. Полагаю, вопрос времени, когда это станет достоянием общественности, – продолжил Лихов, и на этот раз ему не пришлось повышать голоса. – По городу пойдут слухи, что демутанты нападают на людей. Все мы знаем, к чему это приведет: нас будут бояться и попытаются изгнать или уничтожить. Такое случалось в истории, и не раз.

– Этого не может быть, – возразил дем, который опаздывал на самолет.

Он поправил сползшие очки и с уверенностью сказал: – Произошел единичный несчастный случай. Нельзя по одному представителю судить о целом виде. Времена поменялись. Нынешние люди – не средневековые невежды, призывающие сжигать ведьм из-за ужаса перед неизведанным.

Лихов поморщился, словно съел кислую конфету.

– Вашими бы словами, Борис Никитич… Как бы оно хорошо вышло, – проговорил он как бы нехотя. – Но есть еще кое-что, о чем я должен вам сообщить.