Гурман

Гунн выругался, схватил камень, с силой бросил его и попал в заднюю дверцу «Тойоты». Стиснув зубы, Олег дал по газам. У него было огромное желание зацепить бампером мотоциклы, а еще лучше – их владельцев, но хватило благоразумия этого не делать. Гунн подобрал еще один обломок кирпича, швырнул его и снова попал.

Олег выругался. Заднее стекло пошло трещинами! Останавливаться нельзя. Следующий камень может полететь ему в лоб, а вести машину и стрелять одновременно он пока не научился.

Телефон толстяка был липким.

От него тянулся едва различимый запах шоколада. Олег, преодолевая брезгливость, быстро нашел позорный видеоролик, стер его и выбросил мобильник в окно. Вряд ли им можно будет пользоваться по прямому назначению, но это уже проблемы толстяка.

Он посмотрел на себя в зеркало. Увиденное рассмешило его. Весь перемазанный в крови, всклокоченные волосы торчат, глаза, как у психа. Может, именно так выглядел Живодер?

От этой мысли Олега обуяло самое настоящее веселье. Он засмеялся. Рана на губе снова лопнула, но парень не почувствовал этого и включил музыку погромче, продолжая хохотать.

«Барсы» старались не встречаться взглядами. Еще никому из них не доводилось испытать такого позора. Каждому казалось, что в происшедшем виноват именно он.

– Ладно, – первым подал голос Дантист. – Сами лопухнулись. Недооценили фантика. А он неплох, кстати. Выдержка у него есть.

– Неплох? – сквозь зубы проскрежетал Гунн.

Он присел на корточки, поглядел на пробоину в баке, после чего достал из бокового кофра тряпку.

Бензин стекал на еще теплый двигатель, и большая его часть тут же испарялась.

– Конечно. Ты радоваться должен, – невозмутимо продолжал Дантист. – Я бы, к примеру, после такой порки влепил бы пулю в тебя, а не в твой мотоцикл. Слон, звони к нам. Там сейчас Эстет, пусть «Газель» с кем-нибудь пришлет. Твоему драндулету ремонт нужен.

– С чего звонить-то? Этот козел увез мою трубу, – угрюмо сказал Слон.

Дантист фыркнул и достал свой телефон.

После короткого разговора он закурил и сказал:

– Телега уже в пути.

Слон что-то пробубнил про отстой, но Дантист даже не посмотрел на него. Он похлопал по плечу Гунна, который смотрел на уродливую дырку в баке. Бензин уже почти весь вытек.

– Не расклеивайся. Мне с самого начала не нравилась эта затея. Кто мог знать, что он ствол с собой возит? Всего предусмотреть невозможно.

Гунн в бешенстве сбросил с плеча руку Дантиста и заявил:

– Он еще умоется кровавыми соплями.