Корень зла

Коллекция умбара, замок в окрестностях Шантуа – последствия склонности к авантюризму и патологическое везенье, при чем здесь организация, изживающая сатанистов?

Но он уже погружался в трясину, он барахтался в ней по горло и с каждой минутой увязал глубже…

– Как попала к вам вещица? – спросил блондин.

– Случайно, – откликнулся Артем, – кристальная правда, господа. Ее нашли в подвале заброшенного дома в Брюсселе. Контрабанду взялся переправить в Россию некто Самарин Виктор Павлович. Место встречи посредника и контрабандиста – художественная галерея на Калверстраат.

Передать картину должен был хозяин галереи Александр Цапнер. Но слишком много конкурентов сошлось в драке. Цапнер и Самарин погибли, а также многие другие люди… Павел Фельдман помог мне вывезти картину в безопасное место и спрятал по своим каналам в швейцарском банке. Надеюсь, вас не интересуют подробности, господа?

– Опишите картину, – попросил брюнет.

Артем описал. У него была прекрасная зрительная память. Участники «совещания» переглянулись.

Очко в пользу Артема…

– Творение Питера Брейгеля Старшего наделено огромной магической силой, – добавил Артем. – Это не просто слова. Сам чувствовал. Я пережил потрясение, которое… мог бы и не пережить. Картина способна разрушить психику… и не только психику. Но, думаю, в стальном банковском сейфе она никак не повлияет… на окружающих.

Несколько минут в замкнутом помещении царило безмолвие. Затылок разрывался от тяжелого взгляда девицы.

– Ну что, Анюта? – обратился к ней блондин.

 – Имеет твоя хваленая женская интуиция что-то сообщить об этом выскочке? Как он тебе?

Девица неопределенно пожала плечами.

– Мутный парень, сказать нечего. Он испуган…

– Это хорошо, – сообщил в пространство брюнет, – стоит показать его боссу. Что мы теряем? Швейцария не убежит.

– Проверить на полиграфе? – предложила девица. Засмеялись все, даже девица. Нехороший был смех. Совсем не тот, что предполагает радость, хорошее настроение и добродушное отношение к людям.

– Павел, проявись! – громко сказал блондин.

Скрипнула невидимая дверь за бархатной портьерой. Отогнулась ткань, и в комнату вошел… Павел Фельдман. Он был насуплен, бледен, но держался спокойно. Их взгляды столкнулись. Артем облизал пересохшие губы. Фельдман развел руками.

– Понятно, – с натугой ухмыльнулся Артем, – тебя тоже зацепили.

– Мы сами того хотели, – ворчливо бросил Павел, – лично мне твоя идея не нравилась с самого начала.