Трамвай номер 0

А рыжие, как известно, моя больная тема, слабое

место и сильная сторона. Началось все с того, что мне не с кем

было выпить водки, а глушить в одиночестве не было

настроения. Вихрастого не было дома, мобильник у него по жизни

заблокирован…Короче, позвонил я Менялкину, и он мне внял. Менялкин,

между прочим, тот ещё тип. Познакомились мы с ним, когда он

подошёл и спросил: «Слушай, а ты носишь такой хаир для

эпатажа?». Редко в наше время встретишь человека, знающего слово

«эпатаж». На том и порешили, а он у нас вообще

поэстетствовать любит, стихи, вон, даже пишет.

слишком уж гладкие и добрые, чтобы цепляло. Да вот, опять-таки,

и на литературного критика учится, сам поступал. И

декоратором хотел быть, и актёром….Да Бог его знает, может и станет

ещё. Всем сразу. Вот потеха-то выйдет. Менялкин: со своими

патлами, пузиком, усиками и в моей шляпе, да фляжечку этак к

губам то и дело прикладывает, и сигару, непременно сигару!

Пошли мы и взяли бутылку водки, но до того мне позвонила

Светланченко узнать, можно ли у меня вписаться.

возникла мысль, что сегодня я ее возьму. Светланченко – это

не человек, это девочка-героин. Я встретил Менялкина на

трамвайной остановке, мы перешли через рельсы, обнявшись, и

купили бутылку водки. Потом пошли домой, и на пороге нас застали

Пчёлова со Светланченкой. Пчёлова позвонила мне после выхода

статьи про зоны и попросилась на экскурсию, мы сидели на

печной трубе, курили трубку и я играл ей на варгане, абсолютно

не подозревая, во что вляпался от корней до самых кончиков,

как в шампунь.

Цикоридзе. Он не сразу взял трубку, был рад меня слышать, и

пригласил со всей честной компанией. Я трезво оценил ситуацию и

произвел рекогносцировку. Проще говоря, купил вторую бутылку

водки и решил накапать Пчёловой на мозги по поводу сидения

до утра у незнакомых людей. Она могла серьезно осложнить мои

планы на её подругу, к тому же я знал, что хозяин её

общество не вынесет.

мы всегда носим с собой рюмку. У меня в кармане рюмка, у меня

в ботинке нож. Ну, насчёт ножа, это я, пожалуй загнул.

Предпочитаю работать руками и ногами. Ах, вспомнил! Тогда, в

метро, я одолжил у Зины очки, нацепил их на нос, сделал

печальное лицо и взял на манер попрошаек перед грудью «желтый

шарик».