Камень

Я чуть было не задел ограду, но вовремя резко затормозил и решил, что даже так машина не видна за длинными рядами надгробий и невысокими стенами кладбища. Вытащив из замка зажигания ключ, я довольно потянулся, так как, честно говоря, не ожидал, что мой заезд пройдёт настолько гладко, и, повернувшись к Наташе, спросил:

– И какой у нас план?

– Всё очень просто. У меня есть вот это.

Она стукнула по бардачку, который откинулся с лёгким кряканьем, и ей в руки выкатилась полная бутылка водки.

– В России это – самая настоящая сила!

– Не очень тебя понимаю.

Я вообще водку не пью, – сказал я, глядя на знакомую ещё с советских времён этикетку.

– Даже если бы пил, я её тебе бы и не дала. Знаешь, что там внутри?

– Полагаю, не совсем то, что написано?

– Нет, она. Но я туда кое-что добавила. – Она нервно хихикнула. – У мамы было одно лекарство – надеюсь, что дозы хватит.

– А зачем?

– Ну, ты словно в первый раз…

– Да уж, извини, как-то не завсегдатай кладбищ, тем более в смысле тайного разрывания могил и воскрешения из мёртвых, – несколько раздражённо, но по-доброму ответил я.

– Ладно, не кипятись. На кладбище есть смотритель. Как же без этого?

– А… Так ты хочешь вывести его из строя?

– Ну, конечно. Не так-то сложно было и догадаться.

– Ладно, а почему ты решила, что он станет пить водку, которую принесла какая-то девушка? Да и вообще – возможно, он и не пьёт.

– Думаю, с такой красоткой, как я, не грех и выпить! – Наташа озорно подмигнула, но никаких искорок в её глазах не было.

 – Но на самом деле, конечно, всё намного проще. Я давно знаю дядю Антона, поэтому уверена, что он выпьет. И это ещё очень слабо сказано. А батюшка нас точно не побеспокоит – он вообще с трудом передвигается и практически не выходит из церкви. Поэтому ничего сложного нас и не ждёт.

– А кладбище что, не закрывается? В том смысле, что кто-нибудь не придёт сюда навестить близких или что-то в таком роде? – спросил я, опасливо озираясь по сторонам.

– Оно уже закрыто. Конечно, придётся лезть через забор.

– Ах, вот оно как. Час от часу не легче!

– Да, везде есть свои нюансы, но это, думаю, совершеннейшие пустяки. Сделаем так. – Наташа заговорщицки понизила голос и чуть нагнулась ко мне: – Я иду первой, чтобы вы с инструментами здесь не маячили. Потом возвращаюсь, говорю, что дело сделано, и выдвигаемся все вместе. Ну, как?

– Ладно, – кивнула Женя, придвигаясь к Борису.