Камень

Было ещё неизвестно, к чему приведут мои дальнейшие раздумья, но тот минимум, который я мог без проблем себе позволить, разумеется, был счёт. Какие уж тут могут быть «угощения», тем более сегодня?

– А я так ничего и не попробовал… – вздохнул Борис, убедившись, что бармен вернулся за стойку.

– А тебе это нужно? – спросил я, мельком взглянув на чек, под которым расположились три пластинки жевательной резинки, и роясь в пухлом бумажнике. – Вот уж не знал, что и духам нужна пища!

– Наверное, нет. Признаюсь честно – не пробовал.

– Ну, а ты спишь хотя бы?

– Боюсь, что тоже нет. Просто сижу и жду, пока встанет Женя.

– Так ты не можешь от неё далеко уходить? – встрепенулся я.

– Нет, я волен, как и при жизни, спокойно повсюду перемещаться. – Борис немного нахмурился. – Но, знаете, при ней я чувствую себя по-настоящему живым, а в одиночестве становлюсь просто призраком или даже не знаю, кем ещё. В общем, нам лучше быть вместе.

– Понятно. Ладно, мы очень интересно поговорили.

Я положил на стол мятую тысячу, оставив жвачки без внимания, приподнялся и тут вспомнил кое-что ещё:

– Кстати, а зачем была нужна эта банка?

– Какая? – Наташа смешно сделала круглые удивлённые глаза. – Та, с которой вы сигали по заборам?

– Да, именно.

– Наверное, это вас надо спросить. Не мы же её с собой таскали.

Женя тоже приподнялась и потянулась за курткой.

– Это может показаться смешным, но когда меня неудержимо потянуло в кинотеатр, я зачем-то зашёл в магазин и сделал эту покупку. До сих пор не понимаю, что на меня нашло.

– Ах, да, это, наверное, то же самое, Женя, что ты рассказывала о своих странностях по приезде с Сицилии, – усмехнулась Наташа, тепло глядя на меня. – И у меня ведь было что-то подобное. Когда я спешила на Москву-реку, то зачем-то купила в киоске шаурму, или как там это называется. Вообще такие гадости я не ем, а тут словно нашло что-то.

– Терпеть не могу, особенно солёные!

– Значит, совсем повезло – не пришлось их есть и разделить мою долю.

– И почему всё это?

– Голоса меня предупреждали вскользь о чём-то подобном, как некая странность влияния на мозг этого места и камней, что ли, – вздохнула Женя.