Двое в лодке (сборник)

Услышав, как она поздоровалась со мной, парень тоже вскинул вихрастую голову и уставился на меня мутно-непонимающим взглядом.

Я поспешно отвернулся, пытаясь сосредоточить свое внимание на полке с алкоголем.

Не люблю ловить на себе взгляды. В особенности чужих людей.

– Санек, давай быстрей, – поторопила продавщица парня.

– Я щас, – усмехнулся тот, продолжая по третьему кругу выворачивать наизнанку карманы. И каждый раз, когда они оказывались пустыми, на его небритой физиономии появлялось выражение такого неподдельного изумления, словно он рассчитывал обнаружить там если уж не золотой слиток, то пару тысяч рублей как минимум.

Пока он пыхтел и кряхтел, в изнеможении страдая у кассы в поисках несуществующих финансов, я не без труда пытался выбрать вино. Собственно, как я и предполагал, выбирать особенно было не из чего. Скользнув взором по запылившимся бутылкам «Анапы» и портвейну «777», в простонародье именуемому «Три топора», я остановился на «Улыбке». Пожалуй, оптимальный вариант из имеющегося ассортимента.

Уклоняясь от свисающей с потолка липкой ленты с приклеившимися на ней дохлыми мухами, я направился к кассе, встав за парнем.

– Может, хватит на сегодня? – вдруг спросила тетка, и в ее голосе проскользнуло сочувствие. – Санек, ты на себя посмотри. Глаз с утра залил, уже «тепленький». Шел бы спать.

Вихрастый отрицательно замотал головой.

– Теть Даш… дык мне всего… семь рублей не хватает на «девятку», – икнув, проговорил парень.

Санек многозначительно посмотрел на женщину, качнувшись вперед, и та, поморщившись, замахала перед лицом рукой, словно прогоняя выдыхаемые им выхлопы перегара.

– Ты и так мне сто двадцать еще должен. С прошлого месяца, – недовольно произнесла она.

– Дык, теть Даш…

– Все, Санек.

– У меня зарплата… как его… в понедельник!

На мясистом лице продавщицы заиграла саркастическая улыбка.

– Я про твою зарплату уже третью неделю слышу. Мать бы пожалел. Всю спину сорвала, пока на вас, дармоедов, пашет.

Санек насупленно выпятил нижнюю губу.

Пока он вяло и безуспешно выклянчивал кредит, я разглядывал жирную муху, примостившуюся на его потной шее. Лениво поползав взад-вперед, она принялась неспешно чистить крылышки.