Ещё одна жизнь. Том 1

Не объяснять же ему в сотый раз, что я сейчас разревусь, потому что во мне растет наша дочь!

– Ты же в курсе, что это ненормально – не подпускать женщину к плите? И вообще, где ты научился готовить?

– Я как-то жил без тебя все эти годы. Кушать хотелось каждый день. Приходилось готовить самому. Не Джеймса же просить!

Мужчина засмеялся, а я всерьез задумалась – умеет ли готовить наш амбал? Мия точно умеет…

«О чем ты вообще?!».

– Готовка успокаивает меня. Я люблю…

– …но это не повод не подпускать меня к плите.

Если, конечно, это ЕДИНСТВЕННАЯ причина. Может, он просто боится, что я с моим везением квартиру сожгу?

Логан повернулся и покачал головой посмеиваясь.

– Ты – единственная в мире женщина, недовольная тем, что ее муж готовит ужин.

Я пожала плечами. Муж подмигнул мне и вернулся к своему занятию, а я – к своему. К поеданию крекера и созерцанию широченной спины любимого – под тонкой тканью футболки отчетливо проступал красивый рельеф мускулов.

Мой мужчина выглядел потрясающе.

Каждое его движение дышало силой и здоровьем. А ведь когда он только очнулся…

Я вздрогнула и поежилась.

Перед взглядом трейлером кошмарного фильма пронеслись первые недели нашей жизни после комы.

ПОЧТИ ТРИ МЕСЯЦА НАЗАД

В первые дни было совсем плохо. Я выдавала желаемое за действительное, повторяя: теперь все будет хорошо. Он очнулся, и теперь все будет хорошо.

Логан очень хотел быть сильным, но ранение и кома сделали свое пакостное дело. Он был слаб, апатичен.

Ему было больно. Но он старался держаться молодцом. Потому что над нами нависла грозовая туча, и было совершенно непонятно – ждать молний или нет.

Я проводила в палате любимого все свободное время. Стоило покинуть его, паническая атака цеплялась острыми коготками за позвоночник и буквально тащила меня обратно. Я так боялась, что, вернувшись утром, застану его в коме, что спать нормально не могла!

Врачи уверяли, что его жизненные показатели в пределах нормы или близки к ней, но их слова не убеждали меня.

Я проводила в палате Логана столько времени, что вполне могла начать носить форму медсестер, потому что стала «своей в доску».

Персонал госпиталя относился к этому по-разному. Кто-то умилялся, встречая меня в коридоре. Кто-то скептически поджимал губы. Но мне было плевать и на тех, и на других.

Я приходила к Логану, забиралась в больничную кровать и держала его за руку. Наблюдала за ним, когда он спал, восстанавливая силы.