По доброй воле

Перед взглядом секунда за секундой пронесся тот день…

ЗА НЕСКОЛЬКО МЕСЯЦЕВ ДО ЭТОГО

Я вошел в палату к мужчине, которого многие годы считал… А кем я его считал? Сейчас я уже не мог вспомнить, кем был мне Логан Грин все эти годы.

Лучшим врагом? Заклятым другом?

Я больше не понимал, не мог вспомнить, к чему была эта глупая вражда, наша идиотская игра в счет. «Ты мне – я тебе!». Ничего тупее придумать не смогли! Ничего интереснее не выдумали, чем пытаться грохнуть друг друга каждый раз, когда предоставлялась такая возможность.

Мы шли по жизни бок о бок. Шли разными путями, но они постоянно пересекались и в итоге сплелись в тугой узел, который мы не смогли разрубить.

Я шел по палате, засунув руки в карманы, и пытался понять, почему мое сердце билось так ровно, хотя меня разрывало на части от тревоги за мужчину, которого я ненавидел так долго, что уже не представлял себе жизни без него в любой роли.

«Какого черта?! Неужели для того, чтобы помириться, нам нужно было пройти через гребаную мясорубку? Неужели одному из нас нужно было пострадать достаточно сильно, чтобы другой, наконец, признался в собственном идиотизме и попросил прощения?».

Я задумался на мгновение – а пришел бы Логан ко мне в палату, если бы я был на его месте?

Перед взглядом сразу же встала другая палата. Визит моего товарища. Тот, давний, но не забытый разговор. И обещание, которое я дал ему в тот день…

Сейчас, наблюдая за тем, как из-за ширмы появляется бесчувственное тело… друга… Да, пожалуй, друга… Да, друга.

Едва в поле зрения появились голубые и белые трубки, я тихо выругался:

– Дьявол, Грин! Даже спрашивать не буду, как ты. Сам вижу – дерьмово.

Я обошел узкую койку и встал лицом к двери, не в силах отвести взгляд от уродливого агрегата, который помогал мужчине дышать.

В груди бесновалась тревога. Кажется, впервые с той самой ночи, когда уставший хирург, мямля и осторожничая, выдал нам страшный диагноз, я поверил в него.

Потому что… в этом случае…

Перед взглядом встали зеленые глаза Хоуп. Остекленевшие, безжизненные. Ее поникшие плечи. Уголки пухлых губ, словно упавшие вниз.

Если Грин не выкарабкается, что будет с ней? Что будет с Хоуп, если ее мужчина умрет в этой палате? Или останется «овощем». Она наверняка будет ждать его, теряя драгоценные дни жизни.