Тьма и золото полуночи

– Оставь их в покое, дедуля, – звучит знакомый напряженный голос, обращающийся к Бену.

Это Франки, рееви из Кембриджа, с которой я встречалась в прошлом году, она производит впечатление самого строгого человека из всех, кого я знаю.

– Дедуля? – спрашиваю я.

– Тебе следует быть на крыше, со стражами, – продолжает Франки, подталкивая Бена к лестнице.

– Но я им нужен здесь! – возражает Бен.

– Совершенно не нужен. Идем, дедуля, ты мне мешаешь.

Бен ворчит, но подчиняется Франки. Я смотрю на нее во все глаза, когда он тащится вверх по ступеням на крышу замка.

– Что? – спрашивает она. – Ничего нет необычного в том, чтобы призвать на помощь родственников.

Несмотря на первоначальные трудности притирки людей из разных общин танов, Тинтагель теперь бурлит новой энергией. У каждого имеется идея насчет того, как закрыть бреши. Ашер убежден, что мы должны начать с выяснения того, как они созданы.

– Они определенно имеют какое-то отношение к Иммралу, – произносит он, многозначительно глядя на Олли.

Мой брат уже какое-то время прилагает все усилия, чтобы воссоздать брешь в одной из пустых комнат башни. Единственное, что ему удалось, так это лишить пространство вокруг себя красок и заработать сильное кровотечение из носа.

Архивы, некогда пыльные и тихие, теперь заполнены рееви. Самсон, Иаза и я проводим там столько времени, сколько можем, продолжая поиски способа заново запустить мой Иммрал. Рядом с нами трудятся Ашер, Франки и Джин, на которых возложена задача поиска легенд о Граале.

– Теперь мы должны разобраться вот с этим, – говорит однажды ночью Иаза, показывая на стеллаж с этикеткой «Интересные таны».

Я смотрю на ряды отчетов и у меня падает сердце при мысли, что все их нужно прочесть.

– И с чего же начать? – спрашивает Самсон, но сам уже достает документы с полок и листает их.

– Но тебе ведь на самом деле это нравится? – поддразниваю его я.

– Здесь есть и некоторые иммралы, – говорит Иаза, пробегая пальцами по папкам. – Мне только нужно вспомнить, где… – А потом, слишком уж небрежно, спрашивает: – Как ты думаешь, не захочет ли твой брат помочь нам здесь?

– Он сейчас не в лучшем состоянии, – качаю я головой.