Полночные близнецы

 – Получила свободный доступ или что-то в этом роде?

– Да, Ферн, как ты сюда попала, если не была там? – издали бросает Олли.

– Ты должна была прийти, – подхватывает Рамеш, не замечая внезапно возникшего напряжения. – Это было весело. Все вот эти люди…

Я пожимаю плечами. Я не собираюсь сообщать кому-то из них, что нахожусь здесь только с молчаливого попустительства.

– А ты знаешь уже, в какое лоре хочешь попасть? – спрашивает Рамеш. – Я хочу сказать, ясно, что самые крутые – рыцари, но вот Рейчел хочет попасть в харкеры.

Он строит насмешливую гримасу.

– Харкеры потрясающе выглядят, – поясняет Рейчел. – Ты видела, что открывается с балкона? И Круглый стол такой красивый!

Лоре, харкеры, Круглый стол? Это куда больше того, что я ожидала.

– Мне даже подумать противно о том, чтобы стать рееви, как вон те ребята.

Рейчел показывает на «зеленые туники» – те уже начинают приходить в отчаяние от нашей рассеянности.

– Это администраторы Аннуна. – Парнишка рядом с Рамешем прислушивался и теперь презрительно косит глаза.

Рамеш кивает:

– Но разве не хуже во сто крат, если ты пройдешь Испытание и узнаешь, что вообще не можешь быть таном? Не думаю, что после такого я вообще смог бы когда-то заснуть.

Я внутренне сжимаюсь, услышав это. Они расшевелили во мне мой главный страх, но по их возбуждению я могу судить, что они совершенно не верят, что такое может случиться с ними. А вот со мной очень даже может.

Болтовню Рамеша прерывает шум, похожий на звуковой удар[7 - Звуковой удар – очень громкий хлопок, похожий на гром или взрыв, с которым самолет преодолевает звуковой барьер.

– Не пугайтесь, – кричит один из рееви. – Вы все пришли сюда через портал. И думайте об этом как о таком же портале – только большом.

– Сюда, сквайры.

Я слышу сквозь шум голос лорда Элленби. Через мгновение в туннеле появляется его силуэт. Выглядит так, словно он идет по стене. Мой мозг и глаза сражаются друг с другом, пытаясь совместить несовместимое. Точка во лбу, между бровями, нервно пульсирует от растерянности.

– И как мы это сделаем? – говорит Рамеш.

Я подхожу ближе к стене света. Она сотворена из тысяч волокон, натянутых, как струны арфы, и они прогибаются и снова выпрямляются, когда их толкаешь.