Полночные близнецы

Теперь, вблизи, я как следует вижу ее лицо, окруженное мягким голубым светом, не имеющим источника. Стена прохладная и твердая под моей ладонью, но, когда волосы женщины задевают мое плечо, все остальное расплывается. Это невероятно странное ощущение – как будто мое тело пытается заснуть, а сознание бодрствует.

Я дрожу, мое сердце колотится, голова наполняется жаром. Это не совсем страх, но нечто близкое к нему. И в этом нет смысла. Как она может быть здесь?

– Ты та, что мне снится?

Я не могу произнести «ангел-хранитель».

Когда она начинает говорить, ее голос звучит как последний отзвук эха.

– Я проходила через твои сны, да. Меня зовут Андраста[4 - Андраста – кельтская богиня победы, а также богиня женщин-воительниц.].

– Анн-драст? – Я напрягаюсь чтобы расслышать ее.

– Андраста, – поправляет меня она, наклоняясь ближе.

Ее дыхание – зимний ветер – щекочет мою кожу. У нее странный акцент, я не могу его узнать.

– Как ты здесь оказалась? – спрашиваю я.

– Я пришла, чтобы отвести тебя домой.

– Здесь мой дом.

– Я имею в виду мой дом. Аннун.

Я вздрагиваю. Аннун. Подземный мир. Андраста замечает мою реакцию.

– Ты уже бывала там прежде, Ферн Кинг, – говорит она. – Ты ходишь в Аннун каждую ночь, пока твое тело спит здесь, в Итхре.

Сначала я ее не понимаю. Потом начинаю складывать кусочки загадки. Мама умерла во сне. Олли, которого было не разбудить. Появление Андрасты во множестве моих снов.

– Аннун – это вроде… мира снов?

– Верно.

– Значит, – я пытаюсь встать и последовать за ней, но ног у меня будто нет, – ты… ты в Аннуне живешь жизнью рыцаря?

– Рыцари трудятся в Аннуне, но они часть этого мира, как и ты.

– Они трудятся?

Андраста вздыхает, как будто времени у нее не слишком много, но она понимает, что проще рассказать мне то, о чем я хочу знать.

– Рыцари в Аннуне защищают людей твоего мира.

Я думаю о том, как Андраста всегда является, чтобы спасти меня, когда мне снится какой-нибудь кошмар.

– Вы защищаете нас от наших снов?

– Я не рыцарь, Ферн Кинг.

Я выразительно смотрю на ее латы, на меч, что висит у бедра. Она хмурится:

– Я хочу сказать, я не рыцарь в том смысле, в каком ты думаешь.

– Тогда… – Мои мысли мечутся. – Тогда что ты такое?

Как только я это произношу, я думаю, не сделала ли неверный шаг. Вопрос вроде как выглядит грубым. К счастью, Андраста лишь вскидывает брови.