Серебряная маска

Колл сильно ударился больной ногой о скамейку. Тамара упала на него сверху, ее волосы попали ему в рот, а ее колено в то место, о котором Колл даже думать не хотел.

Уф…

Фургон опять дернулся, и они покатились в другую сторону.

– Эй! – закричал Колл, когда к нему вернулась способность дышать. – Вы вроде обещали, что никто не пострадает!

Воздушные ямы преследовали их еще несколько минут, прежде чем полет фургона более-менее выровнялся. Какое-то время они оставались на полу и лишь затем со всеми предосторожностями сели назад на скамейки.

Джаспер потирал шею.

Тамара устроилась рядом с Коллом. Сделав глубокий вдох, он, волнуясь, сжал скованными руками одну из ее ладоней. Она была теплой и мягкой, и он крепко держал ее, пока они летели к крепости, что когда-то принадлежала настоящему Врагу Смерти.

Глава 4

Бежали часы, Колл то задремывал, то вновь просыпался. Он держался настороже, но усталость брала свое. Он не переставал думать об Аластере – как его отец узнает, где он? А ведь он наверняка узнает, что Колл сбежал из тюрьмы.

Очень скоро весь магический мир будет знать, что творец на свободе. Колл представлял, как папа будет волноваться и каким опустошенным он себя почувствует.

Тамара не спала. Всякий раз, когда Колл открывал глаза, он видел ее, тоскливо смотрящую в темноту. В один из таких моментов он различил катящиеся по ее щекам слезы и задумался о причине ее грусти. Может, потому что ее план побега не сработал? Или она скучала по Аарону?

Тамара спасла Коллу жизнь, когда Алекс Страйк попытался украсть его магию хаоса.

Но тем самым она обрекла Аарона. Самого доброго и классного парня, которого Колл когда-либо знал.

Она могла спасти лишь одного из них и выбрала Колла. Никто бы, будучи в здравом уме, не выбрал Колла.

Он не гадал, жалеет ли она. Он гадал, как сильно она жалеет. Ну, или так было до тех слов Анастасии.

Теперь он не знал, что и думать. С одной стороны, ему хотелось в это верить.

С другой – об этом ему сказала Анастасия, а ей вряд ли стоило доверять.

Приземление фургона вышло жестким: они все попадали на пол. Алекс Страйк распахнул задние двери. Колл вновь ощутил горячее покалывание во всем теле и задумался, сможет ли он когда-нибудь спокойно смотреть на Алекса. Не борясь с желанием раздуть его голову до такой степени, чтобы она лопнула, словно перезревшая ягода.

Он не хотел, чтобы это желание проходило.