Дом в овраге

Она увидела связанную дочь, развешанные гирлянды с воздушными шарами, покачивающиеся на ветках керосинки, в ее расширенных глазах промелькнуло понимание происходящего, и губы женщины задрожали:

– Я прошу вас… очень прошу вас, отпустите ребенка. Делайте со мной что хотите, но не трогайте мою дочь. Я сделаю для вас что угодно!

Клоун понятливо кивнул и снова отправился к машине, на этот раз к своей. Анна со страхом смотрела на слепящие фары из темноты. Она подумала, что они похожи на злые глаза какого-то диковинного зверя.

Значит, он приготовил все заранее? Он выбрал эту полянку, приехал сюда, загнал машину в кусты, затем вернулся на заправочную станцию, где-то переоделся в этот дурацкий маскарад и специально поджидал их?!

Когда клоун вернулся и Анна увидела, что у него в руках, она не знала, плакать ей или смеяться. Шампанское, причем не из дешевых. И два изящных бокала на длинных ножках. На гладкой поверхности стекла мелькали огоньки от падающего света фар.

– Мы заслужили отдых, – самодовольно произнес клоун, неумело открывая шампанское.

Брызнула пена, и больше половины содержимого бутылки вылилось на траву.

– Хм… Никогда не умело открывать эти противные пробки. У мужчин это всегда лучше получается.

Клоун осекся, искоса взглянув на Анну, но она, вне себя от страха, пропустила эту фразу мимо ушей.

«…прилетит вдруг волшебник в голубом вертолете…»

– Вам нравятся песенки, которые я поставило вашему котенку, Анна? – спросил хвастливо клоун, разливая шампанское по бокалам.

 – Видите, как я уважаю вашу дочь, пусть наслаждается. А наша с вами очередь слушать музыку настанет буквально через пять минут. Прошу!

Он поднес бокал к губам Анны. Не желая злить клоуна, она отпила немного.

– Ка… какая очередь? – хрипло спросила она минутой позже.

– Увидите, – загадочно сказал клоун и сделал маленький глоточек, после чего картинно вытер уголки рта и поставил бокал на стол.

«Господи, эти жесты… да оно на женщину похоже!» – с изумлением подумала Анна.

Некоторое время клоун слушал песни, рассеянно барабаня пальцами по столу, потом вдруг резко спросил:

– Вы что-то говорили о цене?

– О цене? – После хлороформа Анна медленно соображала.

– Ну да, – нетерпеливо сказало существо, продолжая барабанить пальцами. Совершенно некстати Анна пришла к выводу, что, несмотря на то, что руки клоуна были облачены в перчатки, его пальцы были тонкими и длинными, как у пианиста.

«Или у женщины», – добавила она про себя.