Черное сердце

Пока не сдал».

Агенты меня опрашивают. Рассказываю, как гнался за убийцей, но тот меня обогнал и перелез через забор. Куда потом побежал – не знаю. Рассмотреть его не успел. Он был в капюшоне. Нет, ничего не сказал. Нет, оружия у него не было – я видел только голую руку. Да, не надо было за ним гнаться. Да, я знаю агента Юликову. Да, она сможет за меня поручиться.

Юликова подтверждает мои слова. Меня отпускают, не обыскав. Мы с Барроном идем обратно к машине, за поясом холодит спину чужой пистолет.

– И что там на самом деле случилось? – спрашивает брат.

Я качаю головой.

– И что же ты теперь будешь делать? – он будто подначивает, будто действительно хочет знать. – Это убийство заказала Лила.

– Ничего не буду делать. А ты как думал? И ты ничего делать не будешь.

Дедушка как-то предупреждал меня, что из таких девчонок, как Лила, вырастают женщины, у которых глаза – будто дырочки от пуль, поцелуи – словно удары ножа. И нет им покоя. И ничего хорошего от них не жди. Выпьют тебя до дна, как стакан виски.

Влюбиться в такую – все равно, что загреметь с лестницы. Эти предупреждения я слышал много раз, вот только никто не говорил мне, что, даже когда загремишь с этой самый лестницы, когда поймешь, как это больно, все равно в очереди будешь стоять за добавкой.

Глава вторая

В воскресенье вечером в Веллингфорде все в поте лица корпят над домашкой. В пятницу она казалась такой легкой, а впереди были целые выходные. Захожу в общежитие, зевая во весь рот. Я ничем не лучше других.

Еще нужно написать сочинение и перевести большой кусок из «Отверженных».

Сэм Ю, мой сосед, валяется на животе на своей кровати и кивает в такт музыке в наушниках. Когда немаленький Сэм поворачивается ко мне, пружины на его койке жалобно взвизгивают. В наших общежитиях дешевые кровати (каждый раз, как на такую садишься, страшно, что сломается), потрескавшаяся краска на стенах и шкафы из ДСП. В Веллингфорде, уж конечно, имеются и роскошные холлы, с деревянными панелями, высоченными потолками и витражными окнами.

Вот только они предназначены для преподавателей и спонсоров. Нас туда иногда пускают, но не более того.

Открываю шкаф и, протиснувшись внутрь, взбираюсь на мятую картонную коробку. Вытаскиваю из-под куртки пистолет и приклеиваю его скотчем сверху к задней стенке, над одежками. Потом раскладываю старые книжки, чтобы его прикрыть.

– Да ты издеваешься, – хмурится Сэм.

Он все видел. А я даже не слышал, как он встал. Видимо, теряю хватку.