Белая кошка

Это дискриминация по…

И тут я замолкаю, а желудок на мгновение скручивает от нестерпимого холодного ужаса. Вдруг меня и вправду прокляли? Касался ли меня кто-нибудь? Нет, голыми руками никто, только в перчатках. А если незаметно?

– Мы пока ничего окончательно не решили.

Директриса роется в бумагах на столе, завуч наливает кофе.

– Я могу хотя бы посещать занятия?

Не хотелось бы, конечно, ночевать одному в пустом родительском доме, а тем более – вламываться к кому-нибудь из братцев, но что поделать.

Все что угодно, лишь бы жизнь моя шла как идет.

– Отправляйтесь в комнату и соберите вещи. Будем считать, что вы на больничном.

– Но только пока я не предоставлю медицинское заключение?

Молчат. Потоптавшись возле кресла и так и не дождавшись ответа, я выхожу в коридор.

Можете мне особо не сочувствовать, потому что на самом деле я убийца – в четырнадцать лет убил одну девчонку. Лила была моим лучшим другом, я ее любил и убил все равно. Мало что помню, все как в тумане.

Когда Филип и Баррон нашли меня, я стоял над телом и криво улыбался, руки по локоть в крови. Отчетливо помню лишь, как смотрел на Лилу и радовался, будто мне что-то удачно сошло с рук. И еще голова кружилась.

Об этом никто не знает, кроме моей семьи. Ну и меня, конечно же.

Но таким я быть не хочу. Поэтому в Веллингфорде прикидываюсь и вру изо всех сил, а постоянно притворяться очень трудно. Никогда, к примеру, я не слушаю музыку, которая мне нравится, только ту, которая должна нравиться.

И девушку бывшую пытался убедить, что я – вовсе не я, а тот, кем она меня хочет видеть. В компаниях я обычно держусь особняком и вычисляю, как бы всех половчее рассмешить. Только это у меня и выходит хорошо – врать и прикидываться.

Говорю же, грехов на моей совести немало.

Шлепаю босыми ногами обратно к общежитию через залитый солнцем двор, все еще кутаясь в колючее одеяло. При моем появлении сосед по комнате удивленно вздрагивает. Он как раз галстук завязывал.

Рубашка вся мятая.

– Я в порядке, если тебе вдруг интересно, – бросаю устало.

Сэм помешан на научной фантастике и ужастиках, поэтому вся комната у нас увешана мрачными плакатами и резиновыми масками лупоглазых пришельцев. Родители надеются запихнуть сына в Массачусетский технологический институт, а потом пристроить в какую-нибудь фармацевтическую контору покруче. Сэму такая перспектива не очень нравится, но они об этом и не подозревают.