Восстание наследницы

Он появился в следующую секунду и ухмыльнулся, очевидно, ее плачевному виду.

Когда они улеглись в умиротворяющей темноте, Фейт наблюдала за танцующими в воздухе пылинками в льющемся свете луны. Ее начинало клонить в сон, но она не знала, виноват ли алкоголь или средство Ника действительно работает.

– Лумариес, – пробормотала она, веки внезапно отяжелели. Она услышала шорох подушки, когда Джейкон повернул к ней голову. – Меч – я назову его Лумариес.

Глава 7

Наутро после празднования летнего солнцестояния Фейт проснулась и обнаружила, что кровать Джейкона уже пуста, и была потрясена, когда, нащупав карманные часы, обнаружила, что уже перевалило за полдень.

Она естественным образом пришла в себя, проспав все похмелье, и даже чувствовала себя отдохнувшей.

Фейт никогда прежде не чувствовала себя такой бодрой после целой ночи мирного отдыха. Впервые она не обнаружила себя ни в одном сне или кошмаре, а провалилась в темную яму блаженного, глубокого сна.

Следующие семь ночей подряд она спала так же, регулярно принимая капли, которые дал ее ненадежный спаситель.

И неделю спустя излучала энергию. Даже Джейкон и Мария отметили резкие перемены в ее поведении.

Но бутылек стремительно пустел, и оставалось всего несколько капель эликсира. Она искала Ника с тех пор, как израсходовала половину, но его нигде не было видно, ни в одном из дневных или ночных патрулей, и паника начинала брать над ней верх.

Фейт нуждалась в этом средстве. Оно давало надежду на защиту от самой себя.

Если потребуется, она будет принимать их каждую ночь до конца жизни. Ведь нельзя рисковать и случайно забрести в чей-нибудь разум – если таковы были ее способности, – но, что еще лучше, никто не мог проникнуть в ее.

Нужно попросить у Ника еще или выяснить, где достать их самой.

Когда рабочий день закончился, она направилась обратно в хижину и обнаружила, что Джейкон уже вернулся. Он сидел за кухонным столом, склонившись над тарелкой, и поглощал тушеное мясо и хлеб.

И кивнул, приглашая ее к такой же порции.

– Ты готовил? – Она подняла бровь, усаживаясь напротив и принимаясь за еду.

Он усмехнулся.

– Не совсем. У миссис Бунзен осталось немного еды, и она настояла, чтобы я забрал это с собой.

Жена фермера была доброй женщиной и предлагала им еду каждый раз, когда оставалось что-то лишнее, что могло испортиться, обычно холодные пироги или мясо. Теплая еда была желанным угощением.