Песочница

– А официант для тебя уже не человек? – весьма спокойным тоном парировала укол подруги Вика.

– Я не это имела в виду, – поспешила поправиться Катя, прекрасно зная о том с каким уважением и трепетом относится её подруга к рабочему классу, и тут же как ни в чём не бывало продолжила говорить дальше, – Короче, тебе нужен особенный мужчина. Как раз с таким я познакомилась в Амстердаме.

– Ты же замужем, Катюш! – шутливо упрекнула Вика.

– А при чём тут я? – изумлённо захлопала ресницами Катя, – Я же о тебе беспокоюсь.

– Опять ты за своё… – устало протянула Вика и демонстративно уронила голову на стол, заткнув уши руками.

– Ну сама подумай, чего бегать за этим профессором, – продолжала гнуть свою линию Катя, – Нет, я, конечно, ему благодарна, за то как он повлиял на тебя, но сейчас же ты одна.

– Официально я ещё не разведена, – пробубнила Вика, не поднимая головы.

– Да, знаю я, – безразлично махнула рукой Катя, – Ладно, не хочешь говорить о мужчинах, не будем.

– Слава богу! – с облегчением выдохнула Вика и откинулась на спинку дивана.

– Но при условии, что мы сейчас поедем ко мне, – не хотела признавать своего поражения Катя.

– Мы и так собирались ехать к тебе, – обречённо вздохнула Вика, – Ты же не отстанешь сегодня от меня со своими женихами? – в глазах Вики застыла мольба.

– Не отстану, – улыбнулась Катя, – Я же хочу как лучше для тебя.

– Не надо мне как лучше. И откуда тебе знать как мне лучше? Не может одно и то же нравиться всем. Почему так трудно понять, что у всех разные вкусы и вообще отношение к жизни.

– Думаю, счастье оно и есть счастье, это состояние души и каждый понимает, когда он счастлив, – тут Константин ненадолго призадумался, – Хотя, наверно, иногда человек может и не понимать своего счастья. Как бы там ни было, но универсальной формулы, думаю, нет.

– Благодарю, Константин, – улыбнулась ему Вика, – Вы нам очень помогли.

Константин смущённо улыбнулся и оставил подруг.

– Слышала? – обратилась Вика к подруге, как только ушёл официант.

– Тоже мне философ, – недовольно фыркнула Катя, – Можно подумать он тут счастлив разнося еду.

– Может и несчастлив, а может счастливее нас обоих.