Ненависть сиреневого цвета

К сожалению, я очень плохо читал, поэтому запоминал, в каких коробочках лежат те или иные товары зрительно. Казума сказал, что у меня очень хорошая память, это мне очень пригодится. После длительного и насыщенного дня я чувствовал себя очень уставшим, но в тоже время было и другое чувство: чувство радости. Всё то время, которое я провёл на улице, тянулось медленно и уныло. Я не чувствовал ничего, кроме пустоты и ненужности, но теперь, привыкая к этому месту, моя душа будто наполняется счастьем, удовлетворением и благодарностью.

– Наконец-то ты улыбнулся! Я рад, что тебе здесь нравится!

И он тоже растянул рот в широкой, довольной улыбке. Я тут же смутился и перестал улыбаться. Но в душе мне было приятно, что у меня появился такой замечательный друг, как Казума. Хотя он и странноват, но всё же всегда добр и готов помочь. Казума был моим первым другом за это долгое время отшельничества и одиночества. Но этого я ему, конечно, не сказал.

Когда мы уже собрались расходиться по своим комнатам, к нам зашёл Миура-сан и спросил меня о том, нравится ли мне работа в лавке. От такого неожиданного вопроса я даже опешил, кивнул и что-то невнятно промямлил. Но когда мы уже расходились по комнатам на ночь, я, неожиданно даже для самого себя, остановился посреди коридора, окликнул уходящих в комнаты своих добрых покровителей, и, когда они обернулись, низко поклонился и громко произнёс:

– Миура-сан, спасибо, что приютили меня и заботитесь обо мне! И тебе Казума спасибо, что нашёл меня и привёл сюда! Я буду прилагать все усилия, чтобы выразить вам свою благодарность!

Я не видел реакции управляющего, но вот реакцию Казумы я очень хорошо ощутил на себе, потому что он подбежал ко мне, схватил локтем за шею, потрепал мои волосы и со смехом произнёс:

– Да не будь ты таким серьёзным! Я же говорил, что помог тебе, потому что хотел! И не надо меня так благодарить, давай просто будем друзьями, хорошо?

– Да, – с радостью ответил я, в очередной раз подумав, что Казума всё-таки необычный и очень чудаковатый человек.

4 глава. Не каждый будет благодарен

Прошло уже несколько недель. За это время я освоился в лавке, узнал, где какие комнаты находятся. Я заметил одну странность: все комнаты за исключением той, в которой мы с Казумой всё время едим, устроены в японском стиле. Это было очень необычно, когда одна единственная комната во всём японском доме обустроена по-европейски.