Ненависть сиреневого цвета

Я и забыл, что Казума всё это время сидел рядом. Он повторил своё предложение:

– Если хочешь, я расскажу тебе, как это делается.

– Я не смогу, – обречённо проговорил я и сел на диван, схватившись за голову. – Я никогда не смогу их надеть.

И слёзы покатились из моих глаз. Минуту в комнате стояла тишина, только было слышно, как тикали часы, неумолимо отсчитывая время. Почему я плакал? От безысходности. Меня будто загнали в угол и дали всего два варианта, один из которых означал однозначный риск для жизни, а другой был просто невозможен.

Я не мог выбрать ничто из этого. Казума молчал несколько минут, но потом вдруг заговорил:

– Прекрати жалеть себя. Это не так уж невозможно, и даже не страшно. Просто тебе нужно пересилить себя, преодолеть.

– Как?! – вскрикнул я, уставившись на него заплаканными глазами.

– Просто сделай это и всё, – сказал Казума самым спокойным голосом и прибавил, – между прочим, управляющий не шутил. Через час ты либо спускаешься в лавку с линзами на глазах, либо мне придётся выпроводить тебя.

Он встал и прошёлся по комнате. Я обречённо посмотрел на него, потом опустил глаза. Было бесполезно пытаться убеждать и Казуму, и управляющего. Таковы были правила этого места. Если я хотел остаться здесь, нужно было сделать это любым способом. А остаться действительно хотелось. Ведь шанс жить, как нормальный человек для такого, как я, выпадает, наверняка, очень редко. Я не хотел его упускать. Но как надеть эти линзы? Вопрос был не в том, как это сделать практически, а в том, как пересилить себя.

«Просто возьми и сделай», – так сказал Казума. Легко сказать. Он-то привык это делать каждый день, а я вообще первый раз видел линзы.

Всё то время, пока я размышлял, мой взгляд был прикован к коробочке с линзами. Я не шевелился. А Казума всё это время стоял напротив и смотрел на меня, но через некоторое время вдруг не выдержал:

– И долго ты собираешься смотреть на них? Уже четверть часа прошла, а ты всё сидишь. Хотя бы открой коробочку.

Я вздрогнул и взял в руки маленькую коробку.

Она выглядела, как шкатулка, вся расписная, красивая, будто в ней лежали драгоценности. Я ещё немного посмотрел на неё, а потом открыл и вытащил баночку с одной из линз. И тут у меня возник вопрос, и я задал его вслух:

– А это левая или правая?

– Разницы нет, – ответил Казума, – просто вытащи её, положи на палец, как тарелочку, и надень на глаз. Всё, как делал управляющий.

– А это больно? – с беспокойством спросил я.

– Нет.