Три идеальные лгуньи

– Брысь! Давай, пошел отсюда!

Она махала руками, пока кот наконец не отступил, а затем, окинув ее напоследок недовольным взглядом, повернулся и исчез.

Мышь какое-то время продолжала испуганно смотреть на нее, прежде чем тоже поспешно скрылась.

– О боже! – простонала Джейни. – Ты-то еще куда?

Она вышла за ней в коридор, кот торопливо прошмыгнул мимо ног, только мыши нигде не было видно.

– Проклятье, – пробормотала Джейни, присев на корточки и заглядывая под тумбочку.

Придется оставить все как есть в надежде, что мышь как-нибудь сбежит или к возвращению хозяйки кот избавится от нее своими методами.

Наконец Джейни схватила ключи и, не обращая внимания на телефон, направилась к входной двери. Проверила время – она уже опаздывала на кофе с подругами – мамами других детей из школы, и, если не успеет, те начнут без нее. Тогда придется просить их все повторить, потому что она хотела знать, что именно сказала Люси завучу.

А если их посиделки затянутся, она опоздает на гольф, а тренер, хотя и имел отличный глазомер, обладал скверным характером, и ей не хотелось служить для него громоотводом.

Джейни кликнула сигнализацией и забралась в машину. Все утро прошло кувырком. С момента, как Гарри проспал, не услышав будильник, и вскочил в панике. Поэтому она попала в душ только через четверть часа, а выйти из дома позже хотя бы на пять минут означало, что все дороги возле школы будут забиты и найти место для парковки практически нереально – придется приткнуться на двойной желтой, игнорируя возможное появление Ледяной Фионы, которая всегда готова шлепнуть на лобовое стекло лист формата А4, полный нагугленных ею ужасных статистических данных о ДТП.

Если бы сразу после высадки детей у школы Люси не спешила к доктору, то они вчетвером могли бы встретиться тогда же, но Джейни была вынуждена согласиться, что родинка подруги увеличилась. Таким образом, у Джейни появилось слишком много свободного времени, чтобы его можно было чем-то убить, и она пока вернулась обратно домой, и, как оказалось, зря.

Она включила двигатель, и из автомобильных колонок зазвучало «Радио-1». Джейни не знала, почему до сих пор слушает эту станцию; в свои сорок пять она давно вышла из целевой аудитории, но по какой-то причине не могла заставить себя сменить волну. Наверное, потому что это часть ее юности, оставшейся позади, а больше всего на свете Джейни ненавидела думать об этом.