Лабиринт

– Ты мне за разбитые очки ответишь! – прогнусавил очкарик где-то через полминуты, поднимаясь с песка и надевая очки. Одно из стекол очков – то, которое ранее было треснутым, развалилось на мелкие кусочки, которые поблескивали в песке.

– Скажи спасибо, что я тебе жизнь спас! – Иван сплюнул в песок. Очень хотелось курить. Он не курил больше двух лет и не думал, что у него опять возникнет такое желание. А ведь бросить курить два с лишним года назад ему было очень тяжело. Звериная злость тогда переполняла его. На работе он срывал эту злость на клиентах банка, дома – на своей подруге Вике, на которой планировал жениться.

«Ну и ладно! – успокаивал тогда он себя. – Она же не белоруска!»

Кончиками пальцев Аникеев подтащил к себе сумочку блондинки, открыл её. К его большой радости в сумочке были и пачка сигарет с ментолом, и зажигалка. Но в пачке были всего две сигареты.

– Слышь, ты! – окликнул Иван очкарика.

– Нет, – тот отрицательно покачал головой.

– А то смотри… Последняя осталась!

– Тогда давай! – очкарик с протянутой рукой подполз к Ивану. Аникеев прикурил от дешевой китайской зажигалки, дал прикурить очкарику. Они сидели, привалившись спинами к большому плоскому камню, торчащему из песка, и смотрели на море. Впервые в жизни вид моря раздражал Аникеева. Иван всей душой чувствовал его враждебность.

На камне были высечены какие-то надписи на непонятном языке, какие-то символы.

– Ты в языках силен? – спросил Иван у очкарика.

– Нет, – тот помотал головой, выпуская в воздух струю дыма. – Я – инженер, а не переводчик.

– Тогда понятно, – Иван кивнул, провел пальцами стрелочкам и буквам. – Стрелка показывает на запад. Значит, нам туда.

– А ты уверен? А друг нам туда нельзя идти?

– Давай мыслить логично, – предложил Аникеев. – На востоке – скала, через которую даже ты не смог перепрыгнуть…

– Не подкалывай меня, – обиделся очкарик.

– Извини, – Иван улыбнулся обезоруживающей улыбкой, которой его научила мать в далеком детстве. Мать, которая всю жизнь проработала в школе учителем литературы и русского языка, которая попутно вела театральный кружок и считала, что она – великая актриса. Да, она снялась в одном известном фильме, но в настолько эпизодической роли, что в кадре была видна только её рука и кусочек обтянутой платьем в горошек груди. Зато мама этой ролью всю жизнь гордилась.