Алмавар

 – Но как я приехал, так же и уеду, правильно? Путевочка-то халявная!

Так он и ехал до самого Тишинского санатория, пока не уперся в чугунные ворота, которые бесшумно открылись, показав Виктору несколько вполне приличных корпусов, подстриженные лужайки и ухоженные клумбы, дорогие иномарки, паркующиеся на стоянке.

– Вот это да! – воскликнул Виктор, направляя свою «шкодную» машину к стоянке. – Я-то думал, что тут совсем тоскливо.

– Так недавно ж построили! – пробормотал проходящий мимо мужик в футболке с надписью, сделанной красными большими буквами, гласившей: «Я люблю себя!».

– Рытвин? – удивился Виктор. Брови его поползли вверх и сложились «домиком». – А это не учредитель «Ориентира»?

Мужик ничего не ответил. Он зашагал дальше, к административному корпусу, шаркая сланцами, обутыми на босые ноги.

Виктор поспешил за ним, понимая, что получить ключ от номера можно только там.

Но бюрократические процедуры ушло сорок минут, так как в очереди к администратору перед Виктором стояло человек семь, а молоденькая девушка в больших очках и с плоской грудью работала нерасторопно.

Наконец-то, заняв просторный и светлый номер на втором этаже корпуса «А», Виктор принял душ, переоделся и съел привезенную с собой лапшу быстрого приготовления. Он специально взял с собой лапшу, словно предвидя, что на завтрак в санатории не успеет, а до обеда проголодается так, что озвереет от голода.

Подкрепившись, он направился обследовать окрестности. Побродив по санаторию, по дорожке, выложенной плитками, Виктор поднялся на пригорок и посмотрел по сторонам. Взгляду его предстала картина, достойная кисти какого-нибудь художника-пейзажиста: всё культурно, красиво. Здания корпусов терялись между большими соснами. В лучах солнечного света сосны напоминали пальмы. Виктор сразу вспомнил Таиланд, в котором он отдыхал в прошлом году. Территория санатория была огорожена красивым высоким забором и с трех сторон была окружена лесом.

Ворота были открыты. Спустившись с пригорка, щелкая на ходу маленьким фотоаппаратом, Виктор вышел за ворота и приблизился к бомжеподобным мужичкам. Выражения их лиц просто кричали о том, что мужики с глубокого бодуна. Им срочно нужно похмелиться, но никто почему-то не пил. Все работали.