Полнолуние

Сколько ей уже? Кажется, двадцать девять? Через полгода, в апреле будет тридцать. Тридцать! Ужасное число. Каково это – пересекать тридцатилетний рубеж, понимать, что кончилась, если и не вся жизнь, то уж точно молодость? Даже не хочется об этом думать.

Зазвучавшая из динамика смартфона «Шутка» Баха бесцеремонно оборвала «Весну» Вивальди.

– Да. – Голос Анны Андреевны показался Алине неестественно напряженным. – Сейчас? Но ты же знаешь, я занята… Не сможешь? Хорошо, я перезвоню.

Следующую фразу музыкального преподавателя она смогла предсказать почти дословно.

– Алиночка! Что, если сегодня мы закончим немного пораньше?

Немного? Немного – это, должно быть, означает прямо сейчас, а с учетом того, что длящееся обычно полтора часа занятие началось всего пятнадцать минут назад, это совсем не немного. Но почему бы и нет? Раз уж Анна Андреевна просит. В конце концов, она – единственная из взрослых, с которой общаться действительно приятно. Ну, конечно, кроме отца.

– Запросто, – Алина кивнула, делая вид, что совершенно не замечает розового румянца, стремительно растекающегося по щекам Анны Андреевны, – погода хорошая сегодня, пойду к реке прогуляюсь.

Хоть до следующих занятий подышу немного.

– У вас же сейчас каникулы.

Судя по тому, как изящные пальцы забегали по экрану смартфона, Анна Андреевна решила не перезванивать, а отправила сообщение. Адресата Алина не знала, но ей и не было особо интересно. Какой-нибудь офицер из штаба, усатый майор, может, даже подполковник, жене которого уже перевалило за сорок, и наверняка за столько же перевалила на весах отметка лишнего веса.

Ну а кто еще позарится на пусть и не растерявшую еще остатки красоты, но все же уже немолодую женщину? Лейтенанты? Нет, тем подавай молоденьких, лет двадцать пять максимум. А лучше, чтобы двадцать. Или вообще, восемнадцать. Наверное, им хотелось бы и кого помоложе, но ведь помоложе нельзя. Статья. Плохая статья, по которой можно получить хороший срок. А уж про штабную карьеру точно забыть можно. Да и про любую другую тоже.

– Меня папа так загрузил, что я только от одного репетитора к другому бегаю. Сегодня вечером еще немецкий.

– Удивительно! Как ты все успеваешь? – Лицо Анны Андреевны выражало крайнюю степень заинтересованности, но отнюдь не ответом ее ученицы, а только что высветившимся на экране смартфона сообщением. – Ну ничего, зато поступать легче будет.

Судя по ее жизнерадостной интонации, задерживаться в квартире педагога явно не стоило.