Полнолуние

– Вот и узнаю, – невозмутимо отозвался Вадим, которого возмущение приятеля, похоже, начинало забавлять, – и ты зря, Илюха, недооцениваешь богатства, хранящиеся в стенах столь славного государственного учреждения.

– Ага, кладезь знаний, – смирился с поражением Лунин, – хорошо, завтра в семь за тобой заеду.

– Зачем в семь? – заволновался Зубарев. – Можно и в девять. Ну, в восемь самое раннее.

– В семь, Вадик. В семь. Не проспи, – сухо бросил в ответ Илья и тут же прервал разговор.

Не успел он убрать мобильник в карман, как внезапно ожил молчавший большую часть дня городской телефон. Илья раздраженно схватил трубку.

– Лунин, слушаю.

– Илья Олегович, день добрый, – послышался в трубке хрипловатый, немного насмешливый голос, – по поводу вашего племянника беспокою.

– Какого племянника? – опешил Лунин. – Вы вообще кто?

– Ах да, не представился. ОП-3 беспокоит, дежурный.

– Паренек, значит. – Вздохнув, Илья задумчиво потер подбородок, после чего уточнил: – Имя у паренька есть?

– Говорит, Пашка, – отозвался дежурный, – а там, кто его знает, документов-то при нем нет никаких.

– И чего он натворил, этот Пашка?

Дежурный неторопливо откашлялся, затем произнес с той многозначительной интонацией, которая сразу же позволяет собеседнику догадаться о необходимости извлечь из кармана кошелек, а из кошелька как минимум одну, а желательно несколько купюр, украшенных изображением моста через реку Амур:

– Да что уж так общаться, заочно? Вы, Илья Олегович, подъезжайте лучше, на месте решим.

– Что, по телефону никак не получится?

– Слушай, Лунин, – голос дежурного неожиданно изменился, вернее, как полагал Илья, он стал таким, каким обычно и был, – я ведь мог и не звонить.

– Сейчас приеду, минут через двадцать, – нахмурившись, буркнул Лунин, – нет, через полчаса.

– Я на смене, мне спешить некуда, – благодушно отозвался дежурный.