Ты меня (не) спасешь

Шум воды внезапно смолк, и через мгновение, обмотанный полотенцем, вышел мой муж. Мой красивый и желанный мужчина, от которого я мечтала заиметь ребёнка.

Ник, увидев меня, замер и попытался изобразить улыбку. Фальшивую радость, сказавшую мне больше, чем тысяча слов оправданий.

– Зоя, почему ты не на работе? Что-то случилось?

Изобразить заботу не удалось, но видно было, что Ник старался. Я будто наблюдала, как щёлкают тумблеры у него в голове: что ей известно? Случайно ли она оказалась здесь?

– Неважно себя чувствую, – ответила я спокойно и направилась в спальню.

– Зоя, стой! – услышала я крик мужа, но уже распахнула дверь. И, встретившись взглядом с Полиной, почувствовала дикую боль в груди.

***

Девушка, выглядящая словно полураздетая нимфа, настигнутая поклонником и отдавшая ему тело в награду за упорство, а теперь отдыхающая в тени и прохладе, испуганно уставилась на меня. Так смотрят на приведение или на явление того, кого считали умершим.

– Добрый день! – пролепетала она, испуганно хлопая накрашенными ресницами.

А потом взвизгнула и потянулась за покрывалом, чтобы прикрыться.

– Зоя, я всё объясню! – спокойно произнёс Ник, обнимая меня за плечи. – Давай дадим Полине одеться и уйти, а потом сядем и поговорим.

Тошнота подкатила к горлу. Я чувствовала, что ещё вот-вот и взорвусь, но усилием воли заставила себя сдержаться.

Плакать, рыдать, рвать на себе и сопернице волосы – зачем? Что это изменит? Только унизит меня, а этого я не допущу.

А вот терпеть прикосновения недавно удовлетворённого, слишком сытого мужа я не собиралась и, резко оттолкнув его, села в кресло, до судороги сцепив пальцы между собой.

Боль немного отрезвило, в голове прояснилось.

– Может, тебе принести воды, Зоя? – Ник был сама любезность и забота.

Я покачала головой, стараясь не смотреть на его виноватую харю, потому что иначе вцеплюсь в неё и расцарапаю до крови.

Всё, это конец! Какая же, должно быть, я жалкая со стороны. Обманутая бесплодная жена против пышущего тестостероном мужа и сверхфертильной пышногрудой красотки с распутным взглядом путаны.

Последняя под моим тяжёлым взглядом торопливо натягивала маячку и юбку, более приличествующую её восьмилетней дочери.