Не наше дело

Когда конунг принимал решение, то действовал быстро. Гулко хлопнула входная дверь. Все присутствующие обернулись на вошедшего. Седобородый Гуннар нерешительно мялся у входа.

– Гуннар, тебя каким ветром сюда занесло? – полюбопытствовал Свен – один из сидящих за столом советников Готфрида.

– Алрик ранил одного из нападавших. – Гуннар сделал нерешительный шаг вперед. – Я обнаружил кровь недалеко от берега, совсем рядом с тропой, по которой он шел к поселку.

– Это может быть его собственная кровь, – перебил Торбьорн, – убийца, очевидно, побежал к морю, чтобы бросить в него отрубленную голову, вот и наследил.

– Вот именно, что не наследил, – горячо возразил Гуннар, – даже удивительно, кровь есть только под самим телом убитого парня. Кровь с отрубленной головы не текла на землю вовсе, так, словно голову сразу же сунули в кожаный мешок или железный горшок.

– Горшок, ну ты скажешь, дед, – захохотал Свен, его толстые, отвисшие щеки побагровели. – В горшок кинули и суп сварили.

Однако его смех никто не поддержал.

– Я точно вам говорю, там, у берега, кровь одного из нападавших, – уверенно заявил Гуннар.

– Почему ты думаешь, что он был не один? – задала вопрос Фрея. – Перед тем как обезглавить, Алрику выстрелили в спину из лука. Разве не мог раненый убийца пустить стрелу?

Старик ненадолго задумался, а затем отрицательно покачал головой:

– Не мог, госпожа. С того места, где я обнаружил следы крови, выстрелить невозможно – одна из скал закрывает обзор.

– Или он ждал в засаде чуть дальше от берега.

Старый Гуннар усмехнулся, огладил жидкую бороду.

– Госпожа очень умна, но она ошибается. В Алрика стреляли дважды. Первый раз стрела только оцарапала его, я думаю, задела голову.

– Старик, ты рассуждаешь так, словно видел все происшедшее, – с недоверием процедил молчавший до этого времени Свен.

– Я нашел стрелу, ее наконечник в крови, – Гуннар уже освоился и держался с достоинством, – но на теле Алрика других ран, кроме той стрелы, что торчала у него из спины, не было.

– Ты молодец Гуннар, будь ты помоложе, ты мог бы сменить Торбьорна на посту начальника стражи, – не удержался конунг.

Торбьорн молчал, нахмурившись. Старый Гуннар сдержанно поклонился вождю:

– Я был моложе, Готфрид.