Крысолов

– Папик, все решает папик. А папик говорит, что это… – Наташа на мгновение задумалась, а потом торжественно процитировала: – «Не вписывается в современные внутриполитические тенденции». У них там, видите ли, тенденции, а я должна сидеть в этом гадюшнике.

Недовольным взглядом девушка огляделась по сторонам, брезгливо поморщилась. Затем она вновь повернулась к Подгорному и, наклонившись вперед, громко прошептала:

– Забери меня отсюда.

– Куда это? – спросил Макс, гадая, входит ли в понятие «отсюда» только ресторан или вся страна в целом.

– Куда-нибудь, увези меня, мне здесь скучно, – капризно настаивала Фролова.

Определенности не прибавилось, и Подгорный, решив, что отвезет пьяненькую Наташу к ней домой, взмахом руки подозвал официантку, чтобы рассчитаться. В лифте они спускались с еще одной парой. Это были уже немолодые люди, судя по всему, супружеская чета из Европы.

– Вот, европейцы, – в ухо Максиму, но оглушительно громко, на весь лифт заявила Наташа, – приезжают к нам, смотрят, фотографируют.

Они же ничего не понимают. Они видят центр, Кремль, Тверскую, как там все красиво, но они ведь совсем не понимают, как мы живем. Как мы живем, Макс, это же ужасно!

Наташа была явно пьяна и уже не могла объяснить ни Подгорному, ни пожилой паре из Европы, как же именно она жила и что в ее жизни было столь ужасно. Она несильно стукнула кулачком Макса в грудь и уже тише пробормотала:

– Ненавижу вас, мужиков. – Она подняла голову и посмотрела Максу прямо в глаза. Ему показалось, что зрачки ее немного расширились.

 – Тебе ведь тоже нужен мой папик? Признайся. Хотя лучше не надо, не признавайся. Ты хотя бы не хочешь на мне жениться. Да? Это здорово. Ты хороший… верблюжонок.

Выйдя из лифта, пожилой джентльмен на прощание приподнял свое кепи и неожиданно без всякого акцента произнес, обращаясь к Максу:

– Удачного вечера, верблюжонок.

После чего подхватил свою даму за талию и, обменявшись с ней короткими репликами на французском, удалился вместе со своей спутницей.

Подгорный проводил пару недоуменным взглядом, так и не определив, был ли импозантный мужчина иностранцем, или же это престарелый жиголо.

Макс помог Наташе сесть в машину, занял водительское место. «Гелендваген» выкатился из подземного паркинга и влился в летящий по Садовому кольцу поток.

– Куда ехать-то? – Макс мельком взглянул на Наташу, та никак не отреагировала на вопрос. «Гелендваген» начал противно, с нарастающей громкостью попискивать.