Темный век. Сумерки магии

 – Или я сам это сделаю.

Лоренцо знал, что мать снова не станет перечить, лишь закроет телом дочь и будет терпеть удары крепких мужских кулаков. Парню и самому нередко доставалось, и он ходил потом в синяках и ссадинах. Но следуя наставлениям нового священника отца Николаса, Лоренцо смиренно склонял голову перед родителем своим, потому что так велит Господь.

? А, пришёл наконец? – заплывшие от выпитого алкоголя глаза отца уставились на парня. – Я велел коровник очистить, а ты что? Опять со своей девкой шлялся?

? В поле работы много было.

Я завтра сделаю, ? тихо ответил Лоренцо. Он был рад отвлечь отца от матери и сестры.

? Если бы я всё откладывал на завтра, ты бы уже с голоду сдох. Надо было тебя с ведьмой сжечь. Это мне наказание Господне за то, что мой сын прихвостень ведьмы, ? оглушительный крик заставлял парня сжиматься. Однако хуже всего было то, что это пугало сестру, на что отец реагировал ещё жёстче. – Я же сказал: заткни её! Теперь придётся самому.

? Не тронь её, ? сдавленно ответила мать.

? Ты ещё смеешь мне перечить?!

В мать полетела тяжёлая деревянная кружка, попав в рёбра. Женщина невольно вскрикнула от боли, от чего девочка, прятавшаяся под ней, закричала. Отец с трудом поднялся со стола и, сильно пошатываясь, подошёл к ним. Он попытался отбросить жену от ребёнка, но та схватила девочку мёртвой хваткой, что только разозлило мужчину. И тогда он нанёс удар. Затем ещё один и ещё. Тело женщины обмякло, но её мужа это не волновало.

Удары стали задевать и девочку, отчего та заливалась слезами.

Лоренцо всё это время молча наблюдал за жестокой сценой расправы. Его кулаки сжались, а лицо побагровело. Что-то внутри него давило и давило, пытаясь вырваться в этот мир. И этим чем-то был гнев.

? Хватит! – рявкнул он, вскинув руки в сторону клубка из трёх тел. И в ту сторону вдруг хлынуло пламя, моментально охватившее отца и соломенный тюфяк под ним. Огонь быстро распространился по сухому дереву, в некоторых местах пропитанному алкоголем.

Лоренцо попытался было броситься на помощь матери и сестре, но вокруг них бушевало такое пламя, что невозможно было подобраться. Отец после непродолжительных криков рухнул на пол, но его тело продолжало полыхать. Огонь разносился по избе и парню не оставалось ничего, кроме как бежать наружу.

Оказавшись во дворе, Лоренцо стал лихорадочно думать о том, что произошло.

«Что я натворил? Я сделал огонь. Я убил их.