В ад и обратно

 – Я позже тебе позвоню, ладно?

Впоследствии Диана смутно помнила, как поднялась в квартиру, открыла шкаф и освободила все свои полки. Воспоминания будто затягивало густым туманом. Она помнила только, что никуда не торопилась. Каждую кофту складывала с маниакальной тщательностью и аккуратностью. Собрала все баночки, косметику, безделушки. Благо чемоданы у неё имелись. За годы жизни в Лондоне Диана и Алексис раз сто переезжали из одной съемной дыры в другую, при этом вещи накапливались, и в итоге пришлось обзавестись двумя огромными синими монстрами.

Правда, когда Диди познакомилась с Билли, а потом и переехала к нему, появилась надежда, что в следующий раз чемоданы придётся паковать только в свадебное путешествие. Святая наивность.

Через несколько часов Диана постучала в дверь дома на окраине города. Если отбросить отели и гостиницы, больше идти было некуда. С Алексис они прошли многое. Одновременно приехали за мечтой, сдружились и долго всё делали вместе: снимали комнаты, искали работы, делились последним.

Потом у обеих вроде бы всё наладилось и можно было начинать жить.

Лекс открыла дверь после первого же стука. Схватила Диану за руку, втянула в дом и обняла. Её бойфренд Эдриан молча прошёл мимо немой сцены, молча внёс чемоданы, молча скрылся с ними в гостиной.

– Я купила вино. Хочешь, напьёмся? – спросила Лекс, поглаживая Диану по волосам.

– Хочу.

– А Эд потом уложит нас спать.

– Ты лучше всех, – пробормотала Диди. – Я говорила?

– Можешь повторить, я не против.

За время недолгой поездки на окраину города Билли успел позвонить двадцать шесть раз. А ещё он прислал тридцать сообщений. Сначала они были с оттенком недоумения, потом пошли тревожные, и после пятнадцатого до изменника все-таки дошло, почему квартира утратила признаки наличия хозяйки.

После тридцатого номер Билли отправился в чёрный список.

***

В гостиной на полу был расстелен большой кусок плёнки. В центре куска стоял стул. На стуле сидела Диана, глядя в одну точку на стене.

За спиной Диди стояла Алексис с садовыми ножницами, одолженными у соседки-цветовода.

– Ди, я не могу, – вздохнула Лекс, замерев с поднятыми ножницами.

– Режь, – коротко приказала Диана.

– Не надо, они только отросли до нормальной длины.

– Нечего жалеть. Режь.

Эдриан, опиравшийся на низкую перегородку между кухней и гостиной, и потягивающий кофе, решил внести свою лепту.

– Хочешь, я отрежу? – предложил он, приложившись к чашке.