Обними

А такого вопроса она не очень ждала. Предполагала, придумала тупую отговорку, но надеялась, что она не понадобится.

– Нет, ничего, – Рита расправила плечи, нарочито небрежно сунув большие пальцы в карманы брюк. – Я жду курьера. Заказала кое-что для дома.

Она никогда бы не поверила себе, если бы находилась на месте Майрона. Но того ответ вполне устроил.

– Ладно, – он вяло повел плечом. – Уйдёшь, когда захочешь.

На этом можно было кивнуть и уйти. Выглядело бы нормально. Однако Рита не ушла.

– Как прошли выходные? Хейли поладила с родителями?

На лице Майрона заиграла чуть заметная, блуждающая улыбка. Чёрт… Он редко так улыбается. Если не сказать никогда.

– Поладила, – проговорил он. – Прыгала вокруг мамы, помогала готовить обед. Развлекала всех своими музыкальными историями. Потом играла на гитаре, – он взял со стола ручку и задумчиво покрутил в пальцах. – Мне кажется, отец почти влюбился.

Вот так. Немного мазохизма на обед, чтобы работалось лучше. Рита растянула губы в улыбке.

– Как хорошо всё складывается!

Майрон задумчиво кивнул.

– Да…

Он позовёт Хейли замуж. Точно позовёт. Скоро. Рита уже практически слышала звон колокольчиков. А её пригласят на эту свадьбу, и она будет сидеть где-то в задних рядах, как дальняя родственница, и наблюдать. Обязательно будет.

Однако пока что разговор можно было считать оконченным. Она взялась за ручку и открыла дверь.

– Эй, Рита, – окликнул Майрон. Она обернулась через плечо. – Точно всё нормально?

Всё-таки нужно было придумать другую отмазку. Или выбегать из кабинета сразу же после разрешения. Рита уверенно кивнула.

– Да, как всегда.

После чего всё-таки закрыла за собой дверь.

– Сеньорита… – голос Рикардо ворвался в размышления. В отличие от Риты парень не избавился от акцента. Хотя за время, которое он проводит, сидя в этом холле, можно не только избавиться от акцента, но и выучить еще пять языков.

Лифт успел доехать до второго этажа.

Она круто развернулась на каблуках, тёмный хвост мотнулся в сторону широкой лентой. Рикардо стоял, навалившись грудью на стойку, и его тёмные глазки заговорщицки смотрели на Риту.

– Я должен кое-что сказать.

Какой загадочный. Хорошо бы это не было признанием в любви.

– Слушаю, – Рита вскинула брови.

Двери лифта за спиной начали разъезжаться.