Невидимой нитью

Кто он такой, чтобы спорить? Спорить он не стал. Когда бар закрылся, Джудит оказалась с Хью в подсобке. И понеслось…

Он отошёл от стойки, вернулся к своему крепко сбитому старому стулу, снова тяжело на него опустился. Снова вытянул отяжелевшие ноги. Вокалист на сцене взял последнюю высокую ноту, от басов задребезжали пустые стаканы, рюмки и кружки. И тут же всё прекратилось. Музыканты сорвали руки со струн, пацан театрально упал на колени.

Касса кассой, но это первый и последний рок-концерт в «Чёрной кошке».

Если бы лопнуло оконное стекло, было бы несмешно. Хватит на сегодня, хватит вообще. Всё-таки у бара более лёгкий и ненавязчивый формат. Хью уловил момент, когда вокалист дёрнул головой и, продолжая стоять на коленях, исподлобья посмотрел на него. Вопросительно. Почувствовал, что перегнул. Хью поднял руку и ткнул пальцем в татуированное запястье, будто на нём есть часы. Парень понятливо кивнул.

Пусть сворачиваются. Всем здесь пора отдохнуть, и Хью в первую очередь.

Вокалист поднялся с колен, прошептал что-то коллегам, и те принялись отсоединять своё оборудование.

Толпа нескладно загудела. Парень обернулся к публике и поднял руки в успокаивающем жесте.

– Да-да, ребята! – уже без микрофона прокричал он. Как он еще может кричать? – Знаю, было круто, но нам уже пора. Вы классная публика! Надеюсь, встретимся еще и не раз.

Это вряд ли.

Хью устало потёр лицо ладонью. Снова липкое от духоты. Скорей бы на воздух.

– Наконец-то она ушла, – прозвучал фальцет со стороны стойки.

Хью уронил руку и повернулся. Отделил взглядом от толпы лысого мужчину с пачкой цветных бумажек в руках. С «козлиной» эспаньолкой и закрученными усиками под носом. Том. Странный Том, который постоянно ошивается здесь неясно зачем. Пьёт он обычно мало, к музыке дышит ровно. И вообще, он вроде бы фотограф.

– Кто? – Хью сдвинул брови, глядя на смешную тонкую бороду.

Том кивнул в сторону выхода.

– Кучерявая блондинка.

– А-а… – протянул Хью. – А ты зачем снова здесь?

– Я всегда здесь, – он влез на стул.

 – Даже когда меня нет.

Странный тип. Немного ненормальный, но таковы, наверное, многие творческие личности. На дерево столешницы опустилась пачка цветных листов и раскрылась веером. Хью поднялся со стула, бросил взгляд на веер.

– Опять флаеры? – он подошёл ближе. – Что на этот раз?

Взгляд Тома тут же стал фанатичным.

– Перфоманс! – выпалил он. – Хочешь пойти? Всего десять фунтов за вход.

Его идеи часто отличались оригинальностью.